— Пришлось самому одевать, чтобы быстрее было!
Он хлопает дверью в ванную, а я вздыхаю, присаживаюсь перед Сенькой на корточки и тихо спрашиваю:
— Папа опять не дал самому одеться? Трудно ему лишнюю минуту подождать?
— Ага, — мрачно буркает ребенок, снимая ботинки.
Я улыбаюсь. Сенька просто прелесть — светлоголовый, с голубыми глазами. Даже мрачный и обиженный, выглядит ангелочком.
— Игорь! — кричу я, когда слышу, что он вышел из ванной. — Нам нужно поговорить.
— Да отстань ты от меня, — раздражается он."
"Ну, все понятно: сначала приставала с переездом, затем заставила сходить в сад, теперь снова что-то хочу.
— Это важно!
— Ладно, — он появляется в кухне, хмуро глядя из-под густых бровей. — Что опять?
Мне не нравится его подход, слова, даже выражение лица — видно без переводчика, что я его достала, и разговор не получится. Но делаю еще одну попытку, пока Сенька моет в ванной ручки.
— Мне предложили работу. Я только что говорила с директором, нужно ехать, Игорь. Первое время посидишь с Сенькой, потом найдем садик…
— Что за работа? — муж скептически смотрит на меня.
— Помощница в серьезной компании. У Олега Давыдова.
— Как ты сказала — Олег Давыдов? — он достает телефон и прямо при мне начинает гуглить. Насмешка на лице вдруг сменяется злостью. Он читает про Давыдова и колкости, которые хотел сказать про моего будущего работодателя застревают в горле. — Да ты гонишь, что ли? Хочешь сказать, тебя туда взяли? Какая зарплата?
Я называю сумму, и Игорь отшвыривает телефон.
— Это хорошие деньги! — горячусь я.
— Только тебе их не заплатят! Мил, я тебя люблю и все такое… Но это какие-то мошенники, тебя туда не возьмут, очнись! — он усмехается, даже закатывает рукава, и становится к мойке, где скопилась гора грязной посуды. — Тебя у нас по знакомству пристраивали. А это Москва, ты видела вообще, что за мужик? Может, он с тобой и договор уже заключил?
— Будет второй этап собеседования. В Москве, — признаюсь я.
— Вот видишь, — Игорь вздыхает от облегчения, что не так уж сильно мне повезло.
Я слушаю отвратительный шум воды и грохот грязной посуды в нашей хрущевке. Игорь зачем-то растаптывает мои мечты, планы, надежды. Даже просто попытки на что-то надеяться.
— Я понимаю, что происходит, — говорю я. — Сначала ты хотел унизить Давыдова, а когда увидел, кто он, решил, что легче — унизить меня. Так?
— Брось свои психологические штучки, Мил.