Когда я одеваюсь, спускаюсь на кухню и выпиваю стакан молока. Меня убивает чувство тяжести и кислота во рту. Мы одни. Флин в школе, а где Симона с Норбертом, я понятия не имею. И не спрашиваю. Я до сих пор угнетена вчерашней беседой.
В машине никто из нас не решается заговорить. Мы также не включаем музыку. Эрик ведет автомобиль по мюнхенским улицам и вскоре останавливается на парковке.
Мы выходим и шагаем, держась за руки. Воздух идет мне на пользу, и я мало-помалу начинаю улыбаться.
Он молчит. Он впечатляюще выглядит в своем костюме, и я испытываю гордость, шагая с ним под руку.
– Только не говори мне, что мы туда пойдем.
Эрик кивает и спрашивает:
– Это тот мост, где ты гуляла много месяцев назад, не так ли?
Раскрыв широко глаза, киваю.
Передо мною мост Кабелстег, увешанный сотнями замков влюбленных, и не могу поверить в то, о чем я подумала.
Переходим дорогу, и, когда мы начинаем идти по деревянным дощечкам моста, Эрик обнимает меня и шепчет:
– Припоминаю, как ты мне сказала, что тебе понравилось здесь гулять и ты видела здесь много замков влюбленных, ведь так?
Я киваю… Если мы сейчас повесим то, о чем я думаю, то я его зацелую до смерти прямо здесь, на этом месте!
Он остается серьезным, но меня не обманешь, у него приподняты уголки губ, и я спрашиваю:
– Мы и вправду повесим замок?
К своему изумлению, вижу, как Эрик достает красно-синий замок, на котором написаны наши имена, и, показывая его мне, спрашивает:
– Куда ты хочешь, чтобы мы его повесили?
Прикладываю руку ко рту.
– Нет… нет… нет… не плачь, дорогая, только не сейчас."
"Но у моих глаз открываются шлюзовые ворота, и я безутешно рыдаю. Прохожие смотрят на нас, и Эрик отводит меня к одной из лавочек и усаживает на нее. Он тут же вынимает из кармана платок и, вытирая мне слезы, ласково шепчет:
– Эй… малышка, почему ты сейчас плачешь? Тебе не нравится идея повесить наш замочек?
Я пытаюсь заговорить, но из меня вырываются одни всхлипывания.
Эрик обнимает меня. Я прижимаюсь к нему и, когда успокаиваюсь, шепчу:
– Прости меня, Эрик… прости.
– За что, любимая?
– За то, что я так плохо с тобой обращалась в последнее время.
Он улыбается. Я его обожаю. И он ласково мурлычет:
– Любовь моя, это не по твоей вине. Это все гормоны.