Я совсем не знаю Мэл, но мне нравится, как она руководит. Она так легко разговаривает на английском, как на испанском или немецком. Закрыв свой мобильный, она говорит что-то своему товарищу, затем поворачивается к Эрику и приказывает:
– Следуйте за мной. Я доставлю вас в больницу через двенадцать минут.
– Не нужно, – отвечает Бьорн, глядя на нее. – Я сам их отвезу.
– За двенадцать минут? – спрашивает она.
Ловко поднимаясь на ноги, наш друг бросает на нее взгляд, одергивает пиджак и, касаясь узла галстука, цедит сквозь зубы:
– За восемь, Женщина-Кошка…
Мы с Эриком переглядываемся.
– Не смеши меня, Джеймс Бонд. – Затем, глядя на меня и Эрика, поясняет: – У вас три варианта. Первый – это я. Второй – это Джеймс Бонд. А третий – это ждать, когда приедет скорая. Решать вам.
– Я выбираю первый, – решительно отвечаю я.
Бьорн изумленно протестует, а она с победной улыбкой смотрит на Эрика и говорит:
– Иди за мной.
Эрик смотрит на меня, и я киваю. Он знает, что до больницы ехать около сорока минут, но я почему-то верю, что, если Мэл сказала, что мы туда доедем за двенадцать, значит, так и будет. Эрик берет меня на руки и бежит через весь торговый центр. Когда мы выходим, нас ждет впечатляющий «Хаммер». Садимся в него, и, когда Бьорн тоже собирается сесть в машину, девушка останавливает его и говорит:
– А ты лучше езжай на своем «Астон Мартине».
Тут же закрывает дверь, и «Хаммер» выезжает на всей скорости. Мэл смотрит на нас.
– Сейчас 16:15, в 16:27 мы будем на месте."
"Боль возвращается. Она очень сильная, но мне удается ее сдержать. Эрик и Мэл заставляют меня дышать, и я с благодарностью принимаю их внимание, в то время как машина летит на всех парах и ни разу не сбавляет скорости.
Когда мы останавливаемся, слышу голос водителя:
– Мы приехали.
Эрик ударяется с ним руками и с широкой улыбкой шепчет:
– Спасибо, дружище.
Когда я выхожу из машины, у входа в больницу нас ждет Марта и, усадив меня на кресло, говорит медсестре:
– Предупредите родильное отделение, что приехала сеньора Циммерман. – Затем, глядя на меня: – Поехали, моя чемпионка, как только ты родишь, отпразднуем это в «Гуантанамере».
– Марта, не перегибай, – возражает Эрик, а я смеюсь.
Ко мне подходит Мэл:
– Сейчас 16:27.