В этот момент все немцы вокруг нас, знакомые и незнакомые, поднимают свои огромные кружки с пивом и, выкрикнув боевой клич, пьют за меня. Я сияю улыбкой, и Эрик целует меня.
От моего дурного настроения не осталось и следа!
Флину хочется покататься на аттракционах, и мы с Мартой вызываемся добровольцами провести его туда. Мне нужно подышать свежим воздухом.
Выйдя из павильона, мы тонем в толпе. Марта поворачивается ко мне, и я даю знак, чтобы она не волновалась – я следую за ней.
Когда мы добираемся до одного из детских аттракционов, Флин радостно на него садится.
– С ума сойти, посмотри, как они пьяны, – я показываю на мертвецки пьяных прохожих.
Марта улыбается и отвечает:
– Они похожи на англичан. Знаешь, в чем их проблема? – Я отрицательно машу головой, и Марта весело поясняет: – Уверена, что они пытались пить пиво в том же ритме, что и какой-нибудь немец, но не знали, что на этом празднике пиво крепче, чем обычно! – Я хохочу. – Что говорить, если даже самая маленькая кружка – размером с книгу!
Перебрасываясь шутками, мы ждем, пока Флин накатается, а затем бежим еще к паре аттракционов.
Когда я собираюсь слезть со стола, ко мне подходит какой-то мужчина и помогает. Он берет меня за талию и, когда я оказываюсь на полу, говорит, не отпуская меня:
– Ты знаешь, что ты очень красивая девушка?
Я улыбаюсь, благодарю его и ухожу с подругой.
Что здесь делает Аманда?
Ненавижу эту чертову сте-е-е-е-е-рву!
Начинает покалывать шея. Я чешусь и ругаюсь по-испански, чтобы никто меня не понял.
Вдруг она замечает меня. Эрик, увидев неловкость на ее лице, поворачивается и тоже замечает меня. Разозлившись, разворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с тем мужчиной, который только что отпускал мне комплименты.
– И снова здрасьте, красотка.
Я не отвечаю, но он не отстает:
– Позволь мне угостить тебя пивом.
– Нет, спасибо.
Отворачиваюсь. Я вне себя от гнева, просто киплю от злости. Вдруг чувствую, как кто-то берет меня за талию. Чертов пьяница. Наклоняюсь и изо всех сил бью локтем назад, чтобы он летел от меня куда подальше.
Слышу, что кто-то возражает.