Успокоившись и прикрыв глаза, я продолжила получать удовольствие. Массаж — это так приятно. Она сначала мягкими движениями, затем более жёсткими разгоняла кровь и снимала спазмы и напряжение, запуская восстанавливающие процессы. Мне кажется, если сейчас кто-нибудь захочет вмешаться, то я его, может, и не убью, но покалечу знатно.
И, как насмешка от мироздания, в этот момент раздался стук в дверь. Пока Лорабэль разговаривала с пришедшим, я открыла глаза и обратила свой взор вверх, ведь именно там должны жить Боги? Отправляю им поток отборных мыслей.
Мы совсем забыли, что у нас были планы на вечер. Только вот они-то про нас не забыли. Небрежно прислонившись к косяку, на пороге стоял Лекс. Его густые серебряные волосы были собраны в высокий хвост, лишь пара прядей около лица остались свободными. То ли освещение, то ли игра зрения, но сейчас он казался гораздо более хищным, чем когда Лора нас знакомила. Тёмные брови вразлёт и раскосые глаза, внимательно следящие за каждым её движением, будто хищник следит за добычей.
Лора щебетала о том, что ей так приятно его внимание, но, к сожалению, сегодня мы не сможем присоединиться к нему и его друзьям. Такой сложный день, а Эль чувствует себя не очень хорошо, и покинуть меня она не может.
Стоя чуть в стороне, не могла решить, нужно ли мне присоединиться или же отступить. Лора прекрасно справится и без меня. Приняв такое решение, сделала пару аккуратных шагов назад, когда Лекс перевел свой взгляд на меня.
— Добрый вечер, Эль! Что же случилось? — я попыталась слабо улыбнуться и уйти от вопроса. Не думаю, что нужно всем подряд рассказывать о страшной находке. Но, видимо, у Богов свои планы, так как Лорабэль была быстрее.
— О, Лекс! Не поверишь, с нами на этом острове такие приключения случаются, что даже не расскажешь за пять минут.
— Ну, я, собственно, никуда и не тороплюсь, — располагающе улыбаясь, он заглянул к ней в глаза.
— Может, тогда зайдешь, угостим тебя аперитивом перед ужином.
Глаза в глаза, доверительный шёпот и искрящее пространство между этими двумя делали обстановку весьма жаркой и не требующей свидетелей.