– А когда можно приниматься за работу? – робко спросила она.
Хотелось бы сегодня приступить к поиску артефакта, а для этого нужно, чтобы их проводили в хранилище и оставили наедине. Провожатый понял ее по-своему.
– Так после ужина! Великий Наставник не сказал? Поручает вам отчистить кухню. С вашей магией это будет несложно, а у нас все руки не доходят.
– Но… у нас задание! От Магистериума!
– А ничего, – благодушно откликнулся хранитель. – Время есть! К нам ребятки обычно на месяц, на два прибывают. Всё успевают.
Эвелина ясно представила несчастных стажеров, измученных недосыпом и поручениями, и вздрогнула. Оглянулась за поддержкой к Дегару – тот застыл безразличной каменной глыбой. Нет, от демона она сочувствия не дождется. Ему-то что, не он сейчас с помощью магии будет котлы отскребать.
– А удобства у нас в конце коридора. Как стемнеет, желательно бы свечку с собой брать, чтобы казуса какого не вышло. Грязновато там. Буду ходатайствовать Великому Наставнику, чтобы для помощи вас определил. Зато воды вчера натаскали как раз. Целая бочка: мойся – не хочу!
– Теплая? – встрепенулась Эви, но тут же поникла, поняв, что сморозила глупость.
Прислужник увел за собой Дегара в соседнюю келью, мейджи, нахохлившись, взгромоздилась на покатый жесткий сундук.
Эвелина достала из кармана устав – похоже, ее единственное чтение на сегодня, перевернула страницу, прочитала первые предложения, выведенные витиеватым почерком: «Премногие добродетели исходят из послушания, почтения к старшим. Слушай и внимай, просьбы выполняй незамедлительно с улыбкой нежной на лице…»
Эви свело скулы от тоски, и она захлопнула книжицу.