— Где гостя положите? — спросила она после того, как не спеша и основательно закусили.
— Ты как, с паперами или без них? — спросил Мыкола у Чуприны.
— Документы есть, только ты ж сам знаешь — кто им поверит, если застукают меня у вас? Что мне здесь делать?
— Тогда упрячем тебя в боковушку.
И объяснил Иве:
— Из той комнаты, где вы с Вандой спите, ход есть еще в одну, маленькую.
Ива не стала разочаровывать Мыколу. Она еще в первый день обратила внимание, что пузатый двустворчатый шифоньер красуется не на самом удобном месте, а как раз посредине стены.
Длинная дорога утомила Чуприну. И хотя он крепился, заметно было, что ему смертельно хочется спать.
— О делах завтра, — распорядилась Ива. — Раз уж пришел — торопиться некуда.
Чуприна ушел вслед за Вандой в боковушку. Автомат он прихватил с собой.
Ванда вскоре возвратилась. Сказала:
— Не дал даже постель расстелить.
— Нравится он тебе? — с чисто женским любопытством поинтересовалась Ива. А думала о своем. Дубровник погиб. Везучим был, не один раз смерть обходила его стороной. Все до поры. Теперь по законам подполья она, Ива, должна его заменить, выйти на прямую связь с Реном."
"Придется переходить на нелегальное. А как чтобы правдоподобнее? Исчезновение студентки Менжерес в пединституте заметят, начнут разыскивать. Стоит ли рисковать? Надо что-то придумать…
Ива забралась в постель, свернулась калачиком, подтянув колени к подбородку, и моментально уснула под восторженный шепоток Ванды:
— А Роман не такой, как все, он даже Рену не боится перечить.
На следующее утро Ива попросила Мыколу отправить грепс в город, Сороке. Она сообщала, что родственник, которого она так долго разыскивала, с божьей помощью умер, да так неожиданно, что и к похоронам приготовиться не успели, а сама она заболела, температура очень высокая, и потому должна отлежаться, чтоб не вызвала болезнь осложнений.