А если она только пешка в партии отца, то ему не нужно будет больше тратить время на… на все те желания, которые он испытывал, глядя ей в глаза.
В любом случае она – та, кто она есть, а не кем он ее считает, кем он надеется ее видеть, жаждет ее видеть.
И Джастин, мучась угрызениями совести, все равно спустился вниз и занял место для подслушивания в соседней комнате.
Глава 18
Урок восемнадцатый
Ложь и тайны рано или поздно открываются, так что будь к этому готова
Виктория наблюдала за тем, как ее отец жадно хлебал чай и запихивал пальцем в рот сандвич.
Но гнев гораздо сильнее. Будучи в алкогольном угаре, он сказал и сделал то, чего уже не исправить. И, глядя на него, она невольно вспоминала все это. И думала о словах Джастина – о том, что в руках у ее отца какая-то тайна, которая довлеет над ее мужем уже много лет.
– Зачем ты приехал сюда, папа? – тихо спросила она.
– Разве отцу нужно как-то оправдывать желание повидать дочь? – промычал он, даже не глядя на нее.
Какая ложь! Виктория покачала головой:
– Исходя из того, что ты был так занят едой, что даже не поздоровался со мной, когда я вошла, я сомневаюсь, что ты здесь ради воссоединения семьи. Мы очень отдалились друг от друга после маминой смерти.
При упоминании о жене он вскинул голову, и его лицо исказилось от вспыхнувшей боли. Виктория почти пожалела о своих словах.
– Что ж, очень хорошо, – хмуро сказал он. – Если вежливые пошлости тебя не интересуют, то я приехал с определенной целью. Я хочу, чтобы твой муж увеличил мое месячное содержание, но он отказывается меня слушать. Я отправился в Бэйбери, чтобы заручиться твоей поддержкой, но там мне сказали, что ты отбыла в Лондон.
У Виктории от удивления открылся рот.
– Месячное содержание? – повторила она с упавшим сердцем.
Он прекратил жевать и уставился на нее, но взгляд его отказывался фокусироваться. Тут Виктория поняла, что он пьян. Как ни печально, но это не удивило ее. Уже много лет назад это стало его обычным состоянием.
И все же то, что он пьян, не значит, что он лжет.
– А ты что, не знала? – Он хихикнул. – Лорд Бэйбери платит мне за то, чтобы я держал язык за зубами, с самой вашей свадьбы. Кстати, сама свадьба была частью нашего уговора.