Потом решились поговорить. Попробовать все исправить. Он клялся, что ничего не помнит. Что был слишком пьян. Я поверила. Мне очень хотелось верить. И у нас получилось простить друг друга. Почти. Вскоре… объявилась Макарова со своей беременностью. Сперва Саша умолял ее сделать аборт. Лина отказалась. Он согласился признать ребенка, обеспечивать его, но только не жениться. А ей хотелось замуж. Вот и пошла девка прямиком к Клавдии Олеговне и закатила там сцену прямо во время какого-то крупного банкета.
Тут будет реклама 1
Всем стало известно, что она беременна от их сына. А мама у Саши очень набожная — абортов не приемлет. И зависимая от мнения общества. Она пришла ко мне сама. Долго плакала. Убеждала в том, что ее внук должен расти в полной семье. Расти вместе со своим отцом. Она попросила меня… отпустить ее сына. Забыть его. Поступить правильно. Так я и поступила. Но сама впала в жуткую депрессию. Как-то утром проснулась и поняла: этот день настал. День нашей свадьбы.Тут будет реклама 2
Наблюдая за тем, как я наряжаюсь в белое платье, мама реально собиралась вызывать психушку. Но не вызвала. И уже через несколько минут я стояла у дверей ЗАГСа. Одна. Чего ждала, сама не знаю. Просто хотелось верить в чудо. И оно произошло. Правда, приехал не Саша, а Генка. Оказывается, мама ему позвонила, беспокоясь обо мне. Тогда-то Синицын и признался, что влюблен в меня с первого класса. Что видеть меня с Красницким ежедневно — его личная пытка! Он позвал меня замуж, и я согласилась.Тут будет реклама 3
Мы поженились в этот день. И зачем-то отправили с курьером Саше нашу свадебную фотографию, сделанную на полароиде. Гена написал тогда на оборотной стороне строчку из песни: была тебе любимая, а стала мне женой! Спустя неделю Александр женился на Лине. Вот и вся история. За исключением того, что Макарову свекровь приняла, как родную. А вот Антонина Ильинична прекрасно знала, чьей снохой я должна была стать, и восприняла все так, будто не сумев охомутать одного богатея, я уцепилась за другого, коим являлся ее сын.Тут будет реклама 4
Впрочем, она и сейчас так считает. Потому и поступила с нами столь отвратительно после аварии, в которой разбился твой отец.
— Мам!
Ирина вскочила на ноги. Ее трясло так сильно, что дрожали руки. Пришлось поставить бокал с вином на журнальный столик, чтобы не выронить.
— Да, милая?
— Я услышала разговор Васелины Анатольевны и Александра Борисовича.