– Сэр, если эта штука настолько подозрительна, почему бы не отправить ее назад?
Секретарша улыбнулась наивности инженера. Таллаг устало покачал головой:
– Оставь политику мне. Твое дело – найти спрятанное оружие. Жду хороших новостей к завтрашнему утру.
– Да, сэр, – сказал инженер и поспешно удалился.
– Он из кожи вон лезет, – сказал Таллаг, вернувшись в кабинет.
– Пожалуй, да, – согласилась секретарша.
– И он дотошный. Не так уж и мало для идиота. Что бы Земля там ни спрятала, он обязательно найдет.
– Жаль, нельзя отослать статую назад.
– А я и не хочу. – Таллаг подошел к окну. Внизу, во внутреннем дворе, рабочие сооружали пьедестал для статуи. По ту сторону двора громоздилась серая масса дворца Хакса. – Думаю, мы сумеем ее использовать. А если просто отошлем назад, земляне поднимут шум, что мы отвергли их мирный жест. Вождю это не понравится.
Секретарша кивнула. Кивок получился глубокомысленным, поскольку она поправляла прическу.
– А кроме того, – тихо добавил Таллаг, – статуя вождю приглянулась.
Никто из них не улыбнулся.
– А если в ней спрятано оружие, – протянула секретарша, – вы уверены, что мы его найдем? Земляне, без сомнения, знали, что статую обследуют.
Таллаг хмуро посмотрел в окно на дворец Хакса. Потом улыбнулся.
– Ну да, конечно, – сказал он. – Земляне вылеплены из того же теста, что и мы. Их мозг ничем не лучше нашего. И то, что спрятал один умник, сможет найти другой.
– Будем надеяться, – заключила секретарша.
Филипс мысленно перебирал возможные решения. Морган самым неофициальным образом развалился в кресле.
– Кажется, знаю, – наконец сказал Филипс. – В этой статуе нет никакого оружия!
Морган почесал затылок, но никаких других знаков не подал.
– Очень умно, – обрадовался Филипс собственной сообразительности. – Служба безопасности Балтхасана обязательно бы нашла тайник в статуе. Именно поэтому в ней ничего нет. Они ищут напрасно. Они разнервничаются. Решат, что Земля использует новые методы.
– Чересчур умно, – прервал его Морган. – Прямо по-макиавеллиевски.
Филипс скромно улыбнулся.
– Но скажи на милость: как, по-твоему, будет себя чувствовать подполье, не получив оружия?
– Ну… нужно подумать… – Филипс захлопнул рот и пожелал себе никогда больше его не открывать."
"– Психология – вещь обоюдоострая, – сказал Морган.