Раньше мы не знали про телепатию. Но теперь мой план сработает. – И он вкратце объяснил, что они будут делать. В заключение коротко добавил: – А теперь – спать.
Лежа в койке, Зальцман пытался соединить части головоломки. Бесполезно. Но он точно знал: завтра все выяснится. Главное – поговорить с туземцами.
Разумная жизнь! Вот что было важнее всего. Идея контакта завладела им с самого детства. Иначе бы он не отправился в космос, чтобы провести изрядную часть жизни в железном сфероиде.
Сон все не шел. Зальцман ворочался час или больше, пытаясь найти удобное положение.
И оказался в лесу. Вот только лес был другой. Нежные красные, розовые, фиолетовые оттенки исчезли, все стало кроваво-красным. Кровь капала с листьев, корни и ветви сочились кровью. За ним гналось ужасное уродливое создание. Оно ревело и стонало, с треском проламываясь сквозь кустарник, то поднимаясь на две ноги, то по-собачьи опускаясь на четыре.
Зальцман проснулся и выругался.
– В чем дело? – спросил Оливер с соседней койки.
– Кошмар приснился. Наверное, от переизбытка впечатлений.
Сон взволновал Зальцмана. Он не видел сны целый год, а кошмары и подавно, с самого детства. Возможно, всему виной истории Маглио о монстрах.
Наконец он снова заснул.
Утро было жарким, как и накануне. Космонавты быстро забрались в скутер.
– Думайте о чем-нибудь приятном, – насмешливо сказал Маглио, когда они поднялись в воздух.
– Неудивительно, что они бегут, едва уловив твои мысли, – заметил Оливер. Маглио улыбнулся и подмигнул.
Зальцман рассматривал проплывающий внизу красный лес. Они мчались в район, выбранный накануне. Он пытался представить, что скажет, когда они поймают туземца. По какому праву они заставляют людей покидать дома и метаться, как зайцев, по лесу? По какому праву преследуют их и вынуждают говорить?
По какому праву? Да по такому! Они пролетели шестнадцать световых лет, чтобы установить контакт с братьями по разуму.
По какому праву? По праву интеллекта устанавливать контакт с другими интеллектами, чтобы обмениваться информацией, к обоюдной пользе.
Но эти дураки разбегаются, как испуганные овцы.