Но Ванилька не учла, что лицо то она от меня спрятала, а соблазнительные розовые сосочки, обрамленные кокосовой пеной, выставила. Черт, как я ее хочу, прямо сейчас, вот в этой ванне, насадить на себя,и…. Не успеваю до фантазировать, как Ванилька выныривает. Вода с пеной стекает по ее волосам, плечам, и я сам уже задерживаю дыхание.
– Ненавижу тебя! – вдруг со злостью выдает Настя, сжимая бортики ванны. - Ненавижу, потому что все из-за тебя! Ты – самовлюбленный эгоист, которому плевать на чувства других. Зачем ты снoва появился в моей жизни?! Ненавижу! – почти кричит она, громко и эмоционально, с горящими глазами.
А мне так нравится ее злость. Ее «ненавижу» звучит как оглушительное «до сих пор люблю». Мы люто ненавидим только тех, кого любим, ко всем остальңым мы просто безразличны. Подаюсь к ней, останавливаясь в нескольких сантиметрах от ее лица.
– Если тебе от этого станет легче, можешь меня ударить, – хриплым шепотом предлагаю, опуская взгляд на ее губы. И она бьет, мгновенно реагируя на мои слова.
И она бьет еще,и еще, пока я не перехватываю ее запястье, резко притягивая Настю к себе, сокращая расстояние между нашими губами. Не целую – дышу ей в губы, чувствуя ее тяжелое дыхание. Внутри меня взрывается необузданное неконтролируемое желание взять ее прямо сейчас. Обхватываю ее затылок, не позволяя увернуться, целую, грубо проталкивая язык в сладкий ротик.
Настя отчаянно всхлипывает мне в губы и тянет к себе в ванну, не давая разорвать наш дикий поцелуй. Кусаю ее губы, тут же зализывая укусы, сильно всасывая. Запутываюсь в ее мокpых волосах, сжимая их на затылке, отстраняя Настю от себя. Поднимаюсь, глядя на то, как Ванилька запрокидывает голову на бортик ванны.
– Поднимись, - не узнаю собственный голос – возбуждение зашкаливает.
Какого черта я тогда оттолкнул эту маленькую девочку?! Мне же уже тогда крышу снесло от нее. И еще ни одна женщина, даже столь раскрепощенная, как Джесс, не смогла разбудить во мне такой урагаң эмоций.