– То есть… я хотела сказать… зачем же вы вынудили меня во всём признаться, если не ради ареста?
Мне показалось, он едва сдерживал смех, но вряд ли сыскарь и вообще такой зануда, как господин Бобёр, мог найти что-то забавное в сложившейся ситуации."
"– Послушайте, господица Остерман, – сказал он куда серьёзнее, – план наших действий такой. Пока что я опасаюсь нарушить ход дел и помешать вашему Карнштейну-Кельху, поэтому сначала сообщу начальству обо всём. Может, лучше с нашей стороны и вправду дождаться, когда ваш отец клюнет на удочку, раз Карнштейн так уверен, что клюнет.
– А что же Тео?
– Не говорите ему ничего. Даже о моём визите не рассказывайте. Пусть он действует так, как задумал.
Мне это показалось неправильным, но только на мгновение. Тео скрывал от меня письмо отца. Он вёл свою непонятную игру, и доверять ему целиком было опасно. Мои необдуманные действия уже принесли немало бед, поэтому я даже рада, что кто-то другой решил всё за меня.
– Так что, Клара, сидите тихо.
– Как мышка, – добавила я.
Давыдова передёрнуло.
– Давайте не о мышах и крысах, – попросил он. – А то тут… видел всякое. Но вот что. Давайте договоримся. Вы пока и вправду сидите тихо, не высовываете нос из особняка. Дождёмся бала. Я вас не брошу и помогу, если что. Но Карнштейн не должен знать о вмешательстве Первого отделения. Кухарка сможет держать рот на замке?
– Я поговорю с ней, – неуверенно пообещала я.
В таких случаях слугам принято делать небольшое денежное вознаграждение, но, вот беда, у меня совсем нет денег.
– Отлично, – обрадовался Давыдов и крепко пожал мне руку на прощание.
Кажется, он смотрит на меня с некоторой осторожностью, как на опасное чудовище. Впрочем… могу его понять.
Мне кажется, в особняке водятся мыши. Слышала скрип за стеной.
ИЗ ДНЕВНИКА ДЕМИДА ДАВЫДОВА11 лютня
Пометка Д. Ф. Волкова: листы, очевидно, разлетелись, когда дневник потерялся на болотах.
С утра ездил на Чайный остров и в особняке Кельха неожиданно повстречал Клару Остерман.
Дневник, конечно, с собой не взял, поэтому записал на листочках. Вставлю всё сюда.
После поехал в отделение. Волков наконец-то выслушал меня внимательно, рассказал ему всё в деталях, причём, в отличие от моего доклада на совещании, включая всю ту потустороннюю казалось бы невероятную ерунду часть дела.