– Вы так легко говорите о столь страшных вещах!
– Простите, – он расплылся в совершенно обаятельной улыбке, – не хотел вас смущать.
– Я вовсе не смущена.
– Напугать…
– Не напугана.
– Тогда что? – Он переплёл длинные изящные пальцы и положил на них подбородок, придвигаясь чуть ближе.
А я снова не смогла устоять перед соблазном и повторила его жест.
– Очарована… той… пугающей игривостью, с которой вы говорите о смерти.
– Что ж, Клара, вам ли бояться смерти? Вы уже однажды её избежали.
– И это вы обо мне знаете.
– Я знаю о вас всё, – слишком решительно и вновь провокационно заявил он и тут же добавил: – И ничего. Но намерен узнать, Клара, каждый ваш секрет, каждый каприз, самый потаённый страх и самое постыдное желание. И вот увидите, обязательно узнаю.
– Зачем это вам?
Он откинулся на спинку стула, поднял кружку со сбитнем и, точно собираясь сделать тост, поднял её в воздух.
– Вы же теперь моя жена. Разве между супругами могут оставаться тайны?
Пусть это и была всего лишь игра, но вопрос его неожиданно застал меня врасплох и заставил всерьёз задуматься.
– Не знаю, – произнесла я, уставившись в свою кружку, наблюдая, как крошечные частички специй и трав кружили в водовороте сбитня. – Может, нам всем нужны свои маленькие тайны?
– Но это же сделает вас одинокой.
Я вскинула удивлённый взгляд. Тео тоже переменился. Его выразительные глаза смотрели чуть в сторону, куда-то мне за плечо, хотя я сидела спиной к стене, и там ровным счётом не было ничего интересного.
– Только открывшись другому целиком и полностью и познав так же целиком и полностью его в ответ, мы сможем перестать быть одиноки.
– Так не бывает. Мы… мы личности. Каждый из нас.
– Хм…
– В природе, если одна клетка поглотит другую, вторая просто перестаёт существовать, растворяется в первой. Для неё это смерть.
– Смерть… людей обычно пугает смерть. Поэтому мы так боимся стариков.
– Я не боюсь…
– Не лицемерьте и не кокетничайте. Вам идёт второе, но не теперь. Все боятся смерти, поэтому нас так отвращают старики.
– Меня не…"
"– Всех отвращают старики. Мы смотрим на их дряблые тела и седые волосы, на растерянные в немощности своей выражения лиц, потому что подсознательно мы понимаем, что в таких же слабых зависящих от других стариков однажды превратимся мы. Нас пугает слабость. Но вы, Клара, вы родились через смерть.