Меня на военную кафедру ректор перевёл.
– Куда? Группа какая?
– Полтинник… – ответил я, ожидая её реакцию.
– Это… – она так затянула мне галстук, что я чуть не закашлялся. – Хорошо. Для нас обоих. А папенька – пусть побесится. Ему полезно. Ладно, Кузя, давай… рассказывай мне правду. Про дедушку твоего, про Наставника… и как ты дошёл до жизни такой.
– Я тебе не врал, – нахмурился я.
– Знаю… – она всё никак не отпускала мой галстук. – Ты лицо-то сделай попроще, а то мои однокурсники всяко-разно неправильное подумать могут.
– Тебе ректор рассказал? – спросил я, аккуратно снимая её маленькие пальчики со своей удавки, правда, она тут же вцепилась в мою руку, явно не желая ее отпускать.
– Я – настаивала, – она плотоядно улыбнулась. – Он, конечно, сопротивлялся, но… пойми меня правильно, Кузя. Это не простое любопытство. Просто я должна знать, с кем общаюсь. Тем более если сам герцог Сафронов первым подаёт этому человеку руку. Это при том, что тот вроде как «простолюдин». Ты уж не обижайся, твоя светлость!
– Я не аристократ, – буркнул я.
Мне было очень приятно от того, что она держала меня за руку. В общем-то ничего удивительного в этом не было. Мальчик-девочка… в моём возрасте при прикосновениях сверстников противоположного пола всегда возникает некое сладостное томление. Однако сейчас всё было немножко по-другому, и руки этой девушки, её пальчики… они казались…
– И это я знаю, – она тяжело вздохнула. – Я не думаю, что тебе стоит отказываться от…
Во внутреннем кармане моего пиджака завибрировал сотовый, а затем Виктор Цой затянул свою «Группу крови на рукаве…», что означало, что звонили с неопределившегося номера.
– Алё.
– Ефимов, мать твою! Как всё это прикажешь понимать? – рявкнула трубка голосом Грема Фишшина. – Я думал, что ты нормальный парень! Не хочешь учиться у меня – так и сказал бы в лицо, а так поступать…
– Грем… Грем? – попытался я его остановить, но препода явно несло.
– Что… – он резко замолчал, а затем, моментально сбавив обороты, спросил: – Ты… что? Не писал заявления о переводе в гвардейскую группу?
– Нет. Меня и у вас всё устраивает."
"– Так! – Я прямо почувствовал ярость учителя на том конце. – За наезд – извиняй… с меня бутылка.
– Да что случилось-то?…
– Ничего, что бы касалось лично тебя, – ответил он.