– А остальные… Папарацци крутилась вокруг, нас пока ты с тёткой бодался, а другие девочки… Да пусть развлекаются. Взрослые уже. А Ольга с Валей – во дворе.
– Угу, помяни чёрта… – буркнула себе под нос Нина, кивнув на приближающуюся к нам госпожу председателя.
Словно ледокол своим носом раздвигает льдины, так и Яна своим бюстом заставляла расступаться перед собой гостей праздника, с поистине королевской грацией прокладывая себе путь как сквозь группки поклонников моих цесаревен, так и среди не столь навязчивого женского коллектива.
Во всяком случае, большинство, потому как и среди кроликов всегда найдётся тот, кто считает свои длинные резцы – тигриными клыками. Какой-то молодой хлыщ в явно дорогом костюме всё-таки решился заступить девушке дорогу и, слегка поклонившись, что-то сказал ей.
Яна, мягко улыбнувшись, кивнула, а затем как бы между делом коснулась выданного ей браслета.
Впрочем, учитывая, что здесь не пацанская сходка, а тусовка высшего общества, и немедленно бить по мордасам тем, кто посмел косо на тебя посмотреть, вроде как было не принято, пришлось просто мило ему улыбнуться.
"Госпожа председатель тем временем вырвалась на окружающий нас «оперативный простор» и, как оказалось, была не одна. В фарватере у Яны держалась незаметная до этого момента девица, явно японского происхождения. Невысокая и «относительно» фигуристая, она была «упакована» в красивое традиционное кимоно розового цвета, от чего, в соответствии с возрождёнными традиционными представлениями жителей островов об «официальной женской красоте», походила на «цилиндрик на ножках», с довольно занятной конструкцией на голове.
В своей «национальной реставрации», с попыткой дистанцироваться от пропитавшей общество за годы оккупации американской культуры, наши союзники пошли немного другим путём, нежели мы. Японская Империя во главе с Микадо переживала восстановление традиций и стилей «эпохи Мэйдзи».