– Мы готовы, господин, приказывайте!
Вскочив с бревен, парни, числом дюжина, изъявили полное желание немедленно ринуться в бой.
– Нет, нет, – охолонул их князь. – Сломя голову никого бить не надо. Сначала надобно поразмыслить, хоть задание и простое: напасть на монастырь Святой Магдалены, освободить из подвала одну девушку и быстро уйти – так, чтоб никто не успел очухаться. Ясно?
– Вполне, – наморщив лоб, отозвался за всех Фридрих. – Сколько мы можем думать?
– До вечера, – усмехнулся Егор. – Придумаете раньше – сообщите.
– Я знаю, господин Георг.
Юный Бруно возвращался на постоялый двор с радостным сердцем: он только что встретился у Красных ворот с братом Деметриусом, и тот дал ему любовное зелье, даже два – первое наказав подмешать его в вино сразу двоим – не только служанке, но и ее господину.
– Видишь ли, мальчик мой, – воровато оглядываясь, пояснил монах. – Насколько я понял с твоих же слов, твоя Лерба, несомненно, испытывает какие-то чувства к своему хозяину… так?
– Да, – тряхнув челкой, отрок покусал губу.
– В этой вот, синей склянке – снадобье против любви, обоим его и всыплешь – ну, чтоб друг друга разлюбили, понимаешь?
– Угу.
– Ну, а потом настанет черед для другого зелья – красного. Сам его выпьешь и угостишь девчонку, понятно?
– Я все понял, святой брат! Сделаю, как ты сказал, спасибо! Так я побегу уже?
– Беги, – ухмыльнулся монах. – Беги, милый Бруно… мой маленький глупый друг.
Последнюю часть фразы убежавший отрок, конечно, не слышал… Правда, и далеко не отбежал – вернулся, ухватив францисканца за сутану:
– А что, если не сработает, если что-то пойдет не так?
– Фома ты неверующий, братец!
– А вдруг я нечаянно разобью склянки, или они разольются – всяко ведь может быть?
Монах смачно зевнул:
– Ну, что с тобой делать? Я почти каждый день в твоей любимой корчме обедаю – где вкусные лопухи в меду подают.
Проводив парнишку глазами, францисканец тихо пробормотал про себя что-то про корчму «с этими проклятыми лопухами», в которой уж придется посидеть, ибо мало ли «это чучело» и в самом деле разобьет склянки? Или, что вернее, их у него украдут – в корчмах-то тот еще народец!
В отсутствие хозяина Лерба быстренько прибралась в комнатах, затем, натаскав воды, искупалась в кадке, после чего, накинув рубаху, уселась у окошка на лавке да принялась зубрить азбуку:
– А-а, бэ-э, цэ-э….