Но кидать ножи… глотать пламя…
– Плохо, что не умеете. Мы же с вами художники…тьфу – жонглеры!
– А-а-а…
– Ладно, придумаю для вас что-нибудь лично. Идемте! Вон, уже показались кибитки.
Появившиеся на околице разноцветные кибитки жонглеров разглядели не только беглецы, все, и в первую очередь – вездесущие мальчишки, они и принесли радостную весть:
– Едут! Едут!
– Четыре телеги!
– Кибитки, а не телеги, дурак!
– Сам ты дурак!
– Жонглеры! Жонглеры едут! Слышите, люди? Жонглеры!
Как видно, по договоренности со старостой Херцвига, жонглеры расположились вдоль околицы, по разным сторонам деревни – ну, не на церковной же площади им выступать?! Одно дело – пиво, и совсем другое – насмешники комедианты.
– А что эти жонглеры? – волновался профессор. – Вы думаете, они нас так вот, запросто, с собой и возьмут?
– Те жонглеры, о которых я думаю, – возьмут, и с радостью, – князь обвел взглядом ближайшую кибитку и махнул рукой. – Нам в другую сторону.
Они обошли почти всю деревню, когда Вожников наконец-то заметил знакомый фургон с разноцветными треугольниками и кружками.
Бродячие артисты уже устроили сцену, и вокруг сразу же собралась толпа, завороженно следящая за тем, как атлетически сложенный Айльф жонглировал округлыми булыжниками. Старый клоун Корнелиус, сидя на краю телеги-сцены, тихонько пощипывал струны мандолины, белобрысый Иоганн уже нарядился в знакомый костюм лекаря, а вечно хмурый Готфрид позади фургона привязывал мулов к кустам.
Начавшееся представление охватило Вожникова еще большей грустью: артисты играли все ту же классическую вещь, его вещь… точнее – Рязанова. «Ирония судьбы…» Вот уж, действительно, ирония.
– И мы в богатом в доме, где все такое же, как и у нашего героя…
Старый Корнелиус комментировал пьесу, совсем так же, как когда-то Егор… Только вот роли поменялись: Айльф «доктора», Готфрид – «Ипполита», а вот женские роли доверили миловидному Иоганну. Кстати сказать, парень неплохо справлялся, удостаиваясь аплодисментов ничуть не меньше, чем мускулистый разбиватель женских сердец Айльф или харизматично-загадочный Готфрид.