– А за какого-нибудь благородного господина?
– Ой, не шутите… – обернувшись, красавица ожгла собеседника взглядом. – Вы ж меня замуж не возьмете!
– Я ж, ты знаешь, женат.
– Я помню. Не понимаю – к чему весь этот пустой разговор?
Явно обидевшись, Аманда отвернулась и стала смотреть вперед, на быстро приближающийся берег.
– Ничего, ничего, – поудобней перехватив весло, пробурчал князь. – Я тобою еще займусь… просто так не брошу… Слышь, милая! – он повысил голос. – А у тебя точно в роду кабальерос не было?
Девушка враз обернулась – ишь ты, все ж беседа-то ее заинтересовала, все ж не пустой показалась.
– Да кабы были!
– А ты поменьше болтай о своем дедушке-рыбаке и отце-крестьянине, – посоветовал Вожников. – Говори лучше, что ты, мол, из обедневшего, но благородного рода… В Каталонии же полно дворян!
– Полно, да, но…
– А ты чем других хуже? И вообще, кто тебе сказал, что твой дед – простой рыбак?
– Так его же все старики в Калелье помнят! И меня… не только старики, – девчонка снова набычилась и закусила губу, однако больше не отворачивалась – заинтересовалась.
– Ага, ага, понял, – задумчиво покивал князь. – Значит, ты и вся твоя семья – в приходских списках. Что ж, придет время – поработаем и над этим.
Аманда сверкнула глазами:
– Вы меня пугаете, сеньор!
– Не пугаю, а помогаю! – поправил молодой человек. – Я же обещал тебя не бросать – вот и не брошу, честное благородное слово! Не переживай.
– Чего подыщете?
– Хорошего жениха. Ты как к нормандцам относишься? Ну, к французам.
– Да никак. У меня таких знакомых никогда и не было.
– Нет, так будут, – Егор громко засмеялся и подмигнул. – Дай только срок, девочка.
Берег уже был рядом, и шум прибоя заглушил последние слова князя, а зазевавшаяся Аманда вдруг, что-то закричав, обернулась… и лодка с треском ударилась о камень!
Удар швырнул девчонку в воду, и Вожников тотчас же бросился за ней, нырнул, тревожно оглядывая каменисто-песчаное дно.
Почувствовав в груди невыносимую тяжесть, молодой человек вынырнул на поверхность, хватая ртом воздух.