Не-ет, людокрады эти не в многолюдстве пришли: числом малым, тайком – потому и брали не взрослых мужиков, а недорослей да девок. Вот и пастушат наших… Ничего, мы все про них выспросим. Ничего.
Аманда взялась за раненого всерьез, со всем тщанием – да и как же иначе-то выхаживать потенциального жениха, к тому же – весьма перспективного – две мельницы и богатое семейство – не шутка? К тому же тут не только в меркантильности было дело – юная ведьма оказалась девушкой сердобольной, жалостливой, да и Лупано ей, откровенно говоря, нравился – тут и слепой бы заметил.
С князем же девушка вела себя ровно, со всем почтением, ничем и никак не напоминая о случайных сексуальных связях, имевших место быть в недалеком прошлом. Очень правильно, по мнению Егора, делала – ну, были и были… да сплыли! Кому какое дело – кто, когда и с кем?
Вожников тоже ничего такого не подчеркивал, не напоминал, вел себя вполне корректно: да и тащить девчонку в постель – как-то не по-мужски, точно так же, как и трепаться о своих сексуальных подвигах где-нибудь в курилке.
"А девчонку опекал, даже так, почти по-отечески – все ж не чужая, все ж хотелось судьбу девичью устроить. Вот с Лупано – прекрасно все должно было б сложиться! Тем более очень быстро отошел от раны парень, оправился: Аманда ловко стрелу вытащила, кровь заговорила, наложила пропитанную целебным отваром повязку, да, когда уснул суженый, другими ранеными занялась; хозяин, дядюшка Пепе, и супруга его, да все деревенские на нее не нарадовались.
– Это ж какая молодая, а травы да заговоры-привороты знает!
В ответ Аманда не преминула в который раз уже упомянуть про выданную святой инквизицией пресловутую справку с печатью – мол, точно не ведьма! Проверено.
Посланные на поиски беглеца быстроногие парни – Диего с Жузепом – все еще не возвратились, и староста вместе с князем решили, не тратя времени даром, допросить пленного, коего держали в амбаре, сложенном из серых камней.