Окружающая обстановка нравилась ему все меньше и меньше – и промок, и башмаки, похоже, навсегда потерял, да и камышовые заросли на поверку оказались вовсе не такими густыми, какими виделись с берега.
Ну, конечно, толкового-то плана не было, впопыхах все, впопыхах, импровизация, блин, сплошная.
– Говорю же, я эти башмаки первый увидел, брат Дитмар!
– Нет, я, клянусь святой Афрой! Братья, вы все свидетели.
– Может, лучше в кости их разыграть?
– Это мою-то находку – в кости?
К вящему удовольствию скрывающегося в камышах Вожникова, дело между монахами шло к хорошей драке, что было бы весьма своевременно и более чем славно.
Егор вдруг насторожился, услыхав, как позади зашуршали камыши, кто-то подходил… Циркачка!
Большие карие глаза, миленькое личико в обрамлении длинных каштановых волос, мокрых, как и вся одежка девчонки.
– Ты откуда тут взялась, чудо?
– Я – с тобой! – девушка храбро сверкнула глазами и кивнула на монахов. – Ты один, а их пятеро. Не могла же я тебя одного тут бросить!
– Да-а… – не зная, что и ответить, князь покачал головой. – И как теперь с тобой быть, чудо?
– У меня, между прочим, имя есть – Альма, – неожиданно обиделась незваная спасительница.
Егор улыбнулся:
– А я – Георг. Ого! Смотри-ка, нас, похоже, заметили.
И впрямь, монахи вдруг перестали собачиться, злорадно подворачивая рясы.
– Да, – протянула Альма. – Нам тут от них не уйти – отмель. А вообще, я очень хорошо плаваю, я ведь в Констанце родилась, на Баденском озере. Знаешь, какое оно огромное, Георг? Как море!
– Плаваешь, говоришь, хорошо, – Егор озабоченно посмотрел на преследователей и вдруг улыбнулся. – А бегаешь как – быстро?
– Ты предлагаешь мне сейчас убежать? Тебя одного здесь на расправу бросить?
– Зачем на расправу, – взяв девчонку за руку, подмигнул молодой человек.
– Эти жирные каплуны меня нипочем не догонят!
Егор взял Альму за плечи и посмотрел в глаза:
– Ну, беги тогда, девочка. Да! Ты сможешь сделать так, чтоб они за тобою погнались… хотя бы парочка.
– Сделаю.