Вот и не появился пока средь новгородской ереси мудрый и всеми признаваемый вождь, типа уважаемого пражского профессора Яна Гуса. Никита Злослов – это так… говорили, что он вообще плотник… Плотник и профессор – сравнить! Хотя… Иисус Христос тоже ведь одно время плотничал.
Отрок и спросил бы про Чухонца – не видали ли, мол, загулял, но, видя такое отношение, счел за лучшее как можно скорее ретироваться, тем более что хозяин корчмы, верно, скрывал какую-то, связанную со стригольниками, тайну… Иначе с чего же стал так разоряться, едва только услышав про еретиков? Да и корчма – неприветливая, покосившаяся, с разбросанным по всему двору навозом, и низенькой, всегда распахнутой и похожей на зубастую пасть какого-то чудовища, дверью, казалось, дышала злобой и ненавистью, пристально поглядывая на Авраамку подслеповатыми щелями окон.
Вожников, встретившись с парнишкой на деревянном мосту через ручей, конечно же, вряд ли б его признал, ежели б тот с поспешностью не поклонился, да не заморгал удивленно.
– Ты еще ниц пади, – придержал лошадь Егор. – Как раз под копыта.
– Великий княже, я…
– Цыц! – князь поспешно осмотрелся и с прищуром взглянул на отрока. – Откуда ты меня знаешь?
– Та я это… я вчерась послан… ну, рыжего Илмара Чухонца искати…
– А! – наконец, вспомнил Егор.
– Авраамко, вели…
– Молчи, сказал! Говори просто – господине. Усек?
– Усек, господине, – поклонившись, отрок вскинул голову. – В корчме Одноглазого Карпа, на Витковом, вообще говорить отказались. Мыслю, скрывают что-то.
– С чего так думаешь?
– Слишком уж боятся, что со стригольниками их свяжут.
– Та-а. А ну-ка, отойдем… Нечего тут, на мосту.
Поворотив коня, Вожников съехал с моста к ручью, где – у смородиновых кусточков и спешился, с удовольствием кинув в рот горсть уже налившихся черных ягод.
– Ну, давай, Авраам, докладывай дальше.
– А дальше и нечего, господине, – парень виновато развел руками. – Не успел ишшо. Иду вот, на ручей, к кузнецу Апраксию… тамо спрошу.
– А там должны что-то знать?
– Могут.
– Сам поеду, – тут же принял решение князь. – Все равно уж почти пришли.