Верилось в это с трудом, хотя бы потому, что наша казарма стояла довольно далеко от центра поселения и здесь редко ходили другие гвардейцы.
Из этого можно было сделать простой вывод. Если нас сейчас дожмут, то Крол за сутки наведёт здесь свои порядки. Девушек запугает, парней приведёт к покорности теми или иными методами. Не все, конечно, согласятся прислуживать, но достаточно будет и десяти человек, чтобы навсегда установить свою власть на время обучения.
Во мне взыграла злость. Я ещё крепче сжал трубу и быстрым ударом отправил очередного противника на пол.
В следующую секунду я с трудом уклонился от куска трубы и чудом избежал второго удара в ногу.
— Держимся! — крикнул я и ответил тычком трубы в лицо ближайшему противнику, словно шпагой.
На каждого нашего «павшего», приходилось двое со стороны Крола и я уже видел, как на его лице появляется испуг и злость.
Нас осталось всего четверо, против восьмерых противников, если считать вместе с их лидером. Русоволосая уже еле держалась на ногах. Ей сильно досталось, даже, несмотря на всю её реакцию и силу. Численное преимущество взяло своё.
Мы понемногу отступали, пока из всего «моего» отряда на ногах не осталось только двое. Я и русоволосая. Из её рта вырывались хрипы, одной рукой она прижимала рану на боку. И казалось, что она сейчас свалиться на пол.
Противников же осталось трое. Два потрепанных бойца и свеженький Крол за их спинами.
— Всё ещё надеешься победить? — сквозь боль разбитых губ, сказал я и сплюнул кровавый сгусток на пол казармы.
— Конечно, — усмехнулся Крол, — Ты себя — то видел? Уже еле на ногах стоишь…
— Для тебя моих сил хватит…
Несмотря на мои провокации, Крол оказался умнее и не стал нападать, послал вперёд своих шёстёрок, одним из которых оказался один из перебежчиков.
Глядя в его лицо, во мне взыграла злость. Зубы с силой сжались и я рывком продвинулся вперёд, нанося удар. Перебежчик не успел ответить.