Четыре пятых строений сектора сейчас лежали руинами. Горы битого щебня, трупы тварей и длинная вереница тел в белых пакетах из толстого пластика.
Всё это отнюдь не добавляло мне радости. Наоборот, я злился. Прежде всего на Эльтара. Если бы не его выходка, то ничего этого и не случилось бы. Но я молчал. Эльтар потерял четырёх своих братьев. Это тяжкой ношей легло на него. На идеально ровном лбу пролегла глубокая морщина.
— Наговорились? — спросил я, ногой оттолкнув стул на колёсиках и встав во главу стола.
Две пары глаз уставились на меня, ожидая, что я скажу.
— Я не собираюсь идти ни по одному из ваших планов, — твёрдо сказал я и посмотрел сначала в глаза Ариэлл, а зетем и Эльтару.
— Шейд, — начала Вечная, но я прервал её, подняв руку.
— Я знаю, что задолжал тебе, за то, что ты привела помощь и спасла нас от разгрома, но уверен, у меня ещё будет возможность оплатить тебе за это. Не сейчас.
Ариэлл недовольно поджала губы. Я видел — ей не понравился мой ответ.
— Исток важен, но на мне весит ответственность за своих людей.
Эльтар медленно кивнул.
— Вот и хорошо.
— И чем же ты тогда планируешь заниматься? — с заметным раздражением спросила Ариэлл.
— Эором, — сказал я.
— Поясни, — попросил Эльтар.
— Отойди к окну, — сказал я вечному и махнул рукой в сторону от открытого проёма, — Что ты видишь?
— Разруху, — сказал Вечный и пожал плечами.
— Прежде всего, ты видишь огромную дыру в самом центре и стражей Иша вокруг неё, которые каждые несколько минут убивают по десятку тварей.
— Заделать дыру — и делу конец… — сказала Ариэлл, не понимая, куда я клоню.
— Нет, этого мы делать не станем, — сказал я и подошёл к свободному окну, после чего распахнул его.
В воздухе ещё ощущался привкус крови, и витали мелкие пылинки. Возле лифта суетились десятки людей в оранжевой униформе.
— Ты хочешь оставить дыру? — с удивлением спросила Ариэлл, — Тебе никто этого не позволит, слишком опасно. Если ты не удержишь периметр, то твари хлынут в Иш, это смертный приговор для тебя, Шейд. Подобного тебе не простят, как не простили Егерям. Сейчас стражи города дочищают последние их базы.