А что, у вас тоже бывают?
— Ага, этого самого, я то сроду не видел, а тут старуха моя говорит, поди, посмотри, по улице шоркаются. Я гляжу, действительно ходют. Я ружье взял, даром что патронов нет, вышел, вот они и драпанули. Это… я в Прудах живу.
— Значит, и до вас прогресс дошел, чтоб его.
— Дошел, — сплюнул он. — Так чего ты тут?
— Да мы с друзьями решили на шашлык выбраться, — на ходу принялся сочинять я. — Вот, ищу место, чтобы потише, спокойнее. Чтобы не мешал никто.
— Это, того, тут вам не понравится, — замахал руками мужик.
— А тут чего такое?
— Того этого… место плохое. Вон в заливе каждый год люди тонут, хотя вода чистая, дно видно. А тонут, почем зря. Раньше и без того бывало просто пропадали. По разговорам же, того, сюда шли рыбачить. Вот оно как. И все возле Чертова Камня.
У меня аж мурашки по спине пробежали, а во рту пересохло.
"Народ у нас простой. И все загадочное, необъяснимое, связывает с чертом. Я чужан не виню, у них Толковой книги нет, да даже рубежные тетради никто не раздает, где немного пробегаются по бестиарию. Но если люди умирают, да еще возле камня, который не зря окрестили в честь Митьки, тут явно что-то интересное.
— Так и зовут, Чертов Камень?
— Ага, там, — указал рукой мужик. — Его это самое, сразу видно, рядом скалы светлые, а он один серый.
— Ладно, спасибо. Значит, и правда надо поискать другое место.
— Ага, поищи, — недоверчиво ответил тот и побрел прочь.
И все бы хорошо, если бы не обостренные органы чувств, благодаря рубежничеству. Стоило рыбаку отойти, как он пробурчал себе под нос.
— Место им потише. Приедут, это самое, бумц-бумц включат, напьются, намусорят. Плезервативы свои накидают, тьфу.
Понятно, что мужик, скорее всего, хотел просто отвадить меня от здешних мест. Сам-то он побрел как раз к воде, пусть и не к заливу. Я его в чем-то понимал. Тоже не любил, когда использованные «плезервативы» оставляют в местах, не предназначенных для этого.
Однако что бы теперь рыбак не сказал, мое намерение бы он не изменил.