Джорджиана с трудом соображала, все еще чувствуя тепло тела Доминика. Положив руки ему на плечи, девушка хотела было отстраниться, но обнаружила, что его нежные объятия на деле крепче стали.
– Я не могу думать, – запротестовала она.
– И не надо, – произнес Доминик, лаская дыханием ее щеку. – Просто скажи «да».
И снова Джорджиана покачала головой, не смея смотреть ему в глаза. Понимая, что проигрывает битву, она уткнулась лбом Доминику в плечо. Он крепче прижал ее к себе. Тепло его тела успокаивало, а не угрожало.
– Почему? – услышала она его мягкий шепот.
– Потому что вы не любите меня, – произнесла она вслух, сама того не осознавая.
– Что?
Доминик резко отстранил Джорджиану от себя, недоверчиво воззрившись на нее. Он внимательно всмотрелся в ее лицо, и его губы скривились. Прикрыв глаза, он снова притянул голову Джорджианы себе на плечо.
Джорджиана прижалась к нему, все еще испытывая головокружение от их поцелуев, желая большего, но при нынешних обстоятельствах не смея искушать его.
Доминик выждал некоторое время, пытаясь взять под контроль разбушевавшиеся эмоции, после чего произнес дружеским тоном:
– Будь добра, любимая, объясни мне, почему ты считаешь, будто я тебя не люблю?
Джорджиана не в силах была вернуть их общение в рамки приличий.
– Вы лишь говорите о своей любви, но не любите меня по-настоящему. Однажды я видела, как вы целовали леди Чэнгли. Меня вы никогда так не целовали.
Облеченные в слова, ее мысли тут же лишились рациональности, но это было лучшее, что она могла придумать, когда Доминик находился столь близко к ней.
Ее признание он встретил в молчании. Подняв глаза, Джорджиана увидела, что Доминик рассматривает ее со странным выражением в глазах.
– Хочешь сказать, что по этой причине ты так долго держала меня на расстоянии? Потому что я не поцеловал тебя так, как прежде леди Чэнгли? – сдавленным голосом произнес он.
Джорджиана посмотрела на него с беспокойством, но ничего не ответила.