Володя побарабанил пальцами по столу.
– Джейн, сколько лет могло бы исполниться сейчас Сергею?
– Тридцать четыре, нет, уже тридцать пять, – сообщила мать."
"– А пропал он подростком, – решил выручить Вову Энтин. – Документы мальчика где?
– У него только метрика была, она дома осталась, – насупилась Джейн, – я знаю, что он жив. Его зовут теперь Сергей Николаевич Решеткин. Я принесла вам все на блюдечке. Только докажите, что этот Решеткин мой любимый Сереженька!
– Почему вы решили, что Решеткин ваш сын? – удивилась я.
– У него мизинца нет на левой руке, – ответила Джейн, – я смотрела вечером телевизор, бизнес-канал. Там интересные интервью показывают, не глупость всякую. Ведущий и гость сидят за столом, руки сверху лежат, камера их часто показывает, поэтому я хорошо рассмотрела кисть Сергея. Сын мизинец в детстве потерял, обо что-то обрезался, лет ему тогда вроде десять было, примчался домой, слезы льет, потерпеть не мог. Я отвела мальчика к фельдшеру, тот рану зашил, рубец остался. Я как увидела руку Решеткина, так вздрогнула! Это точно Сережа! Сомнений нет! Он! И мне приснился сон!
– Сон, – повторил Михаил и не смог скрыть улыбки.
– Зря смеетесь, молодой человек, – мигом отреагировала Джейн, – меня многие знают как предсказательницу! Не счесть людей, которым я помогла. Я вижу вещие сны! Приходит ко мне человек, сообщает о своей проблеме. Вечером я засыпаю и вижу, как ему помочь. Ясно. Четко. Никогда не ошибаюсь. Я вещая сновидица. В ночь перед тем днем, когда я на экране увидела Сереженьку, мне приснилось, будто я сижу дома, и входит сын.
– Устраивайтесь на диване, – радушно предложил Энтин, – на стуле неудобно.
Кабанова пересела на диван, потом легла и… захрапела.
– Интересная история, – вздохнул Костин, – не знаю, как насчет вещих снов, но рулады она выводит музыкальные.
– Похоже, дама и впрямь ничего не ела, – заметил Энтин, – а сейчас угостилась, и ее сморило. Надо деликатно разбудить Джейн.
Глава третья
Когда Кабанова ушла, унося с собой пакет с бутербродами и печеньем, Володя скомандовал:
– Николаша!
Гениальное дитя компьютерных технологий уронило на клавиатуру очки, взяло со стола другие, водрузило на нос и возмутилось:
– Кто лапал очки? Все стекла жирные, ни фигашечки не видно.