— А если не пойду, отдадите вот ему? — спросил парень, хмуро глядя на меня.
— Сам подумай, что мне с тобой делать? Кормить? А с чего? Приноси мне пользу, радуй меня или ступай восвояси. Я предлагаю тебе приносить пользу. Маги в хозяйстве нужны.
— А я не умею в хозяйстве, отродясь ничего не делал ни на кухне, ни на конюшне, ни ещё там где.
— Ничего, научишься, — хмыкнула я.
Не объяснять же сейчас ему, что он мне будет нужен вовсе не на конюшне и тем более, не на кухне! Там и так хватает людей."
"— Тогда я согласен, — он встряхнул головой, откидывая назад свалившуюся на глаз кудрявую прядь.
— Госпоже Викторьенн, — подсказал господин граф.
— Госпоже Викторьенн, — подхватил парень, — верой и правдой, и исполнять то, что она скажет, и защищать её, и разрази меня гром, если я отступлюсь от клятвы, и пускай у меня глаза выпадут, и руки отсохнут, и язык откажет. Все под богом ходим, а слово моё крепко! — плюнул на паркетный пол и растёр, и взглянул на меня.
Мне же захотелось рассмеяться — потому что так велик был градус пафоса в той клятве, но я понимала, что все очень серьёзно, и смеяться ни в коем случае нельзя.
— Я, Викторьенн де ла Шуэтт, принимаю твою клятву и обещаю вознаградить службу и покарать предательство, — важно сказала я, и взглянула на графа. — Можно, я не буду плевать на пол?
— Капли крови будет достаточно, — он тоже прятал усмешку.
— Дайте тогда нож, — я оглядела мужчин.
Мне протянули три — господин граф, господин Фабиан и Ренель. Я приняла у господина графа, ткнула в подушечку пальца и выдавила каплю крови на пол. Но кажется, она куда-то растворилась, не успев долететь до паркета. Вот и славно.
Господин граф подошёл и снял с запястья Шарло кусок верёвки, тот тут же принялся разминать и чесать запястье. Потом щёлкнул пальцами — и появился осветительный шарик. И только теперь парень успокоился — как увидел, что сила вернулась к нему, точнее, что он снова может ею пользоваться.
— И что, если предаст, сдадите городской страже? — поднял бровь Ренель.
— В городской страже ни одного мага, — усмехнулся господин граф. — Сразу вас и позовём. Вы были свидетелем клятвы молодого человека, вам его и наказывать за прошлые прегрешения, если не удержится.
— Раз вы всё тут решили, я пойду, — Ренель поднялся и поклонился.
— Господин де Ренель, — я тоже поднялась. — Все мы надеемся на вас и ждём хороших новостей.