Серия хлесткий ударов по заднице, заполняют тело новым желанием выплеснуть сперму.
Горящая ладонь и разбухающий внутри член наполняют яйца новой порцией. И я резко выхожу, встаю на ноги и грубо поднимаю Майю на руки, бросаю спиной на кровать и с размаху засаживаю глубоко внутрь.
Трахаю. Отбиваю рваный, как мое дыхание ритм и смотрю в заплаканные глаза.
Она дрожит, старается приноровится к моим бешеным толкам, собирает руками белье, прогибается, подставляя мне свои молодые, упругие груди, которые через несколько месяцев наполняться молоком.
— О, Давид, — новый гортанный стон и я вбиваюсь чаще, толкаю член глубоко внутрь, чувствуя как меня обволакивает обжигающая плоть, а потом просто вгрызаюсь в грудь сжимаю челюсти и кончаю второй раз.
Туда, куда нужно. Зачиная новую жизнь.
— Я беременна, — шепчет она мне на ухо, спустя несколько минут отдыха и я киваю, думая, откуда она может знать?
— Я знаю. Я как раз подготовил….
— Могу фото с узи показать. Поздравляю дорогой, я так рада, что стала твоей женой.
— Какое фото? — не понял я и поднял от ее груди голову, взглянул в возбужденные глаза.
— С узи же, — улыбнулась она, а я резко вскочил. То есть я две недели как идиот сдерживался, питался всякой дрянью, а она уже беременна. — Что?
— Постой, то есть ты сейчас трахалась со мной зная, что уже ждешь моего ребенка?!
— Ну, Давид. Опасности никакой. И… нашего ребенка.
— А я две недели жил, как монах… — злость душила и требовала выхода и Майя, словно зная, что со мной происходит, сдвинула корпус, и протянула руку.
— Мне кажется, что тебе надо снять напряжение.
— Мне кажется, ты не понимаешь насколько, — рычу, сдергиваю с нее остатки тряпок и резким движением ставлю раком.
— Вот и покажи мне, — шепчет она и прогибается, принимая первый свистящий удар.
На ее ягодице тут же проявляется след, и я глубоко вздыхаю, чтобы сдержать жажду сделать его глубже, вкусить ее кровь.
Новый удар и она визжит.
— Мне прекратить?
— Не смей, — утыкается она носом в подушку.
И снова. И снова. И снова.
Тело наполняется эйфорией, так же быстро, как тело Майи покрывается красными полосами."
"Она кричала, сжимала руками белье, ревела, но терпела каждый хлесткий удар, пока желание трахать, не превысило желание задушить.
Я взял ее за длинные волосы, обмотал шею и нашел заветный вход.
Толкнулся в горячее анальное лоно и стал долбить нутро, с той же скорость как плетью тер клитор.