— Кое-кто из витан хочет заявить тебе свое почтение, ателинг, — сказал Леофрик. — Ты, разумеется, помнишь эальдора…
— Нет, нет! Я всего лишь книхт, у которого был знаменитый отец. Представь меня им.
Капитан пожал плечами, хотя предложение явно пришлось ему по душе.
— Эальдор, помните ли вы ателинга Радгара?"
"Первый из представленных оказался не самым старшим по возрасту. Должно быть, когда-то он был высокого роста, но теперь горбился так, что с трудом смотрел куда-либо, кроме как под ноги. Он повернул голову и искоса улыбнулся Радгару.
— Добро пожаловать домой, о сын Эйледа!
Радгар упал на колени и взял его за руки.
— Сеольмунд Сеоллафинг! Разве могу я забыть советника и благородного предшественника моего отца? Позволь быть твоим слугой, эальдор.
— Брось, парень. Это я надеюсь скоро стать твоим!
— Опасные речи! — Радгар не делал попыток встать или отпустить руки пожилого эальдора. — Но если ты обещаешь больше не драть мне уши, как драл в былые годы, я пообещаю не драть твоих — несмотря на клятвы, что давал несколько сотен раз.
— Ох, парень, воистину это счастливый день, ибо улыбка твоего отца вновь ожила с тобой! Ты даже представить себе не можешь, как нам не хватает твоего отца! Или как рады мы твоему возвращению из мертвых. — Бывший эрл потянул Радгара за руки, поднимая с колен, потом понизил голос до шепота. — Но прошу тебя, будь осторожен, ателинг!
Пара королевских фейнов подошла поближе, прислушиваясь. Почти никто из окруживших Радгара людей не обратил на них внимания.
— Королева ждет тебя, ателинг, — громко произнес он.
Леофрик с одного взгляда оценил ситуацию.
— Он прав. Любящая мать прежде всего. Но ты встретишься с нами после того, как она отпустит тебя?
— Если бы я мог покинуть вас на некоторое время, эальдры, я с радостью поприветствую вас позже с надлежащим почтением, — произнес Радгар, обращаясь к собравшимся, и наскоро обошел всех, обменявшись с ними рукопожатиями и обратившись к каждому по имени.
Вслед за этим он повернулся к книхту, которому король поручил проводить его — долговязому парню с карими глазами и пробивающейся каштановой бородкой.