Властелин Огненных Земель

Хотя запах давних пиршеств все еще витал в воздухе, в этот вечер все четыре очага оставались холодными. Около них стояли трое пожилых витан в нарядах глашатаев — счетчики, приемлемые для обоих кандидатов. Двое мужчин, вступивших в зал перед Радгаром, подошли к ним, одновременно поклонились и разошлись по противоположным сторонам зала. Скорее всего это были братья, разделившие семейные голоса.

Почетным гостям выделили скамьи в дальнем конце помоста: эрлам, их женам, матерям, бабушкам и нескольким детям лет десяти-одиннадцати.

В левом углу помоста хмуро сутулился на своем троне Сюневульф в короне и все той же алой мантии. Королева Шарлотта сидела рядом с ним, выпрямив спину, в резном кресле из бивня нарвала. За ними стоял угрюмый Роферкрефт, наблюдавший за тем, как его вооруженные миньоны поддерживают порядок собрания.

Вульфвер стоял в правом углу, не обращая внимания на низкий стульчик, любезно выделенный ему его отцом. Скрестив руки на груди, он свирепо созерцал разворачивающуюся драму.

Пока дела для него оборачивались гораздо лучше, чем предсказывали Леофрик и Сеольмунд. Больше четверти — возможно, почти треть — фейнов собралась у правой стены зала."

"Все взгляды обратились к Радгару, когда он подошел к витанам, ибо казалось, от его решения зависит судьба королевства. Уведи он свою свиту к Вульфверу, и чаша весов качнулась бы в сторону таниста; в крайнем случае шансы бы уравнялись. Это тоже только казалось: его сторонники шли за ним только потому, что он обещал не принимать ни одну из сторон.

Не доходя несколько шагов до поджидавших его витан, он остановился и сложил руки на груди подобно Вульфверу. Однако вместо того чтобы нахмуриться, как тот, он улыбнулся витанам. Его сторонники сгрудились у него за спиной, и в зале воцарилась удивленная тишина.

Она продлилась недолго. Сначала заскрипели стропила, потом стены. Пол дернулся у него под ногами раз, другой, еще сильнее… Он пошатнулся и взмахнул руками, чтобы не упасть.

Со всех сторон люди хватались за стены, за мебель, друг за друга. Деревянное здание скрипело всеми своими суставами, но все звуки потонули в оглушительном реве, и весь мир, казалось, пустился в пляс. Такого землетрясения он еще не помнил. С крыши посыпалась пыль, встречные столбы поднялись от очагов. Толчки продолжались мучительно долго, потом сила их начала слабеть, и они стихли.

Он бросился вперед помочь подняться витанам — все трое упали на спину.