— Просто похитить ее и изнасиловать не годится! Вам необходимо жениться на ней!
— Да, Джерард. Я женюсь на ней. — Эйлед глубоко вздохнул. — Да, я женюсь на ней! Внучатая племянница короля Шивиаля! И первая красавица страны! Вступить на витенагемут под руку с ней… Это и правда достойно трона! Ты даришь блестящий фейринг, вита. Говори дальше!
— Есть там и волчица, рыщущая поблизости.
— Я вижу по крайней мере шесть! — заметил Эйлед с видом мальчишки, считающего сладкие пирожки.
— Она достаточно близка к трону, чтобы они могли пригласить на свадьбу короля…
— Тайссон будет там? — Глаза бельца вспыхнули изумрудным светом.
— Нет, нет! — поспешно возразил Джерард, сообразив, что пытается манипулировать убийцей, который запросто мог предпочесть явиться на витенагемут с королевской головой под мышкой. — Ему не позволит здоровье. Он так и так не мог бы приехать, потому что правящий монарх затмит собой и жениха, и невесту. И не огорчайтесь вы так, эальдор! У короля Шивиаля есть Клинки! Двое или трое Клинков могут продырявить весь ваш верод до состояния рыболовной сети.
— Возможно.
— Правда! Загвоздка в том, что наследный принц Амброз может принять приглашение. Достигнув совершеннолетия, он много ездит по стране, а в Уэстерте не был еще ни разу. Я предупреждал их, что им, возможно, придется иметь дело с Жестяной Трубой. Это его прозвище. Он молодой задира. И у него тоже имеются свои Клинки, так что…
— Сколько ему лет?
— Двадцать… Да, в следующем месяце исполнится двадцать.
— О! В которую неделю?
— Э… во вторую.
Эйлед снова ухмыльнулся, еще шире.
— Какое совпадение! Мы с ним ровесники. — Он тронул коня и поехал дальше, глядя в траву, пока его вита ждал, затаив дыхание. Потом он поднял взгляд, в котором играли опасные, очень опасные искорки.
— Какой выкуп заплатит Шивиаль за своего наследного принца?
— Его может там и не быть!
— Но если будет? Сколько серебра заплатит Тайссон?
— Сколько человек готовы вы положить там? Говорю вам, у Амброза есть собственные Клинки, и он может захватить с собой и Королевских Гвардейцев, ибо они бесятся от безделья.
Эйлед задумчиво пожевал губу и вздохнул.
— Слишком немногие, и меня среди них не будет. Ты прав. Даю тебе слово, что не буду предпринимать ничего против принца.