Прямо на полу спали двое пыльных мужчин и одна дама, еще более неопрятного вида. За «обезьянником» находились две двери с маленькими окошечками. Судя по голосам, там тоже кто-то сидел – видимо, нарушители посерьезней, чем хулиган Н.А. Фандорин и его товарищи по клетке.
Собственно говоря, магистр не сидел, а ходил. Дело даже не в том, что сесть было не на что – в конце концов, соседи отлично устроились прямо на полу. Взвинченные нервы отвергали статичность, требовали мышечной активности.
Перемещаясь из угла в угол, Николас преодолел расстояние, превышающее длину Тверской улицы.
Освобождение произошло на удивление просто, без каких-либо формальностей. Волков пошептался с дежурным, и Фандорин тут же получил назад изъятые при задержании вещи: телефон, документы, ключи, бумажник, металлическую расческу.
– Где можно с человеком поговорить? – спросил Волков.
– Да где хочешь, кабинеты все пустые, – ответил дежурный. – На тебе ключ от зам-полиса, там сидалы мягкие.
Поднялись на второй этаж, в комнату с табличкой «Заместитель начальника по работе с личным составом». Сели в потертые кожаные кресла, должно быть, помнящие еще времена Народного комиссариата внутренних дел.
– Ну? – спросил капитан, доставая сигареты. – Потолкуем без фуфла?
– Без фуфла так без фуфла. – Николас яростно потер пульсирующий висок, отгоняя головную боль – она сейчас была совершенно ни к чему.
Волков вопросу нисколько не удивился.
– Две восемьсот. А что?
Зато удивился Фандорин. Оперуполномоченный уголовного розыска, человек общественно значимой, да еще и опасной профессии, получает меньше трех тысяч рублей в месяц? Но в Москве содержать на эти деньги семью совершенно невозможно!
– А ваша «нокиа» стоит шестьсот долларов. Это вам что же, на Петровке такие выдают?
– На Петровке нам выдают хрен с бантиком, – усмехнулся Волков.
– Чем же, позвольте узнать?
– Как все нормальные люди – тем, что умею. Врач из поликлиники после работы бегает по частным пациентам, так? А у меня другая профессия. И пациенты другие. Волкова ноги кормят. – Капитан оскалился. – Что рот разинули? У нас Россия, а не Европа.