Вне зоны доступа

Что, если Яська говорила о Птахе? Есть ли в жизни место таким совпадениям?

Рационалист во мне скептически ухмылялся. Влюбленный мужчина спорил и с азартом доказывал, что при таком раскладе как раз все и сходится! Ведь если Тень — это Яська, то это многое объясняет: я не предавал. Ни себя, ни Тень, ни свои чувства. Я просто не мог противиться им. Ощущая свою женщину каким-то звериным чутьем. На уровне подсознания и инстинктов. Я вслепую вычислил её из миллиона женщин… Я нашел её. Я нашел…

Или просто себя обманываю…

По большому счету сейчас не было ничего проще, чем выяснить правду.

Но я не торопился с этим. Вернувшись в поселок, я рассказал обо всем, что узнал от Залисской, Валентину Петровичу, потом отснял интервью с медицинским персоналом и горе-роженицей для сюжета, посвященного Яське, а вечер провел за монтажом. То и дело мой взгляд обращался к лежащему на столе телефону. Я гладил его пальцами и снова возвращался к работе. Страх, что я себе что-то придумал, то и дело грозил проникнуть внутрь моего сердца, но я упрямо боролся с ним.

Когда зазвонил городской телефон, я даже не сразу понял, что это за звук. Нахмурившись, потянулся к трубке.

— Привет. Никак не могу до тебя дозвониться!

Я зажмурился, впитывая в себя сочные знакомые интонации.

— Прости. Связи нет… — не соврал я, косясь на отсутствующую антенну в углу экрана."

"— Гроза опять надвигается! Связь только на насыпи. И то, если повезет.

 — Яська еще что-то болтала, но я уже не слышал ее. В ушах эхом звучало одно лишь слово «насыпь… насыпь… насыпь…»

— Эй! Так ты идешь?

— Куда иду? — прохрипел я.

— Ты что, меня вообще не слушал?! Говорю же, хватай камеру и дуй через озеро. Я выйду тебе навстречу.

— Да что за спешка-то?

— А ты прислушайся…

Я распахнул окно и, помимо легкого шороха листьев, услышал странный звук. Как будто где-то вдалеке пели песни.

— Что это?

— Это редкие красные волки, Соловьев.

Так ты тащишь сюда свою задницу или нет?!

Глава 24

Они пришли почти к самому моему дому, хотя обычно избегали встреч с людьми. Спуститься с вершин скорей всего их заставила погода. Красные волки… На самом деле сейчас их окрас скорее был рыжим. Роскошная шкура лоснилась, переливалась в лучах заходящего солнца. Я залюбовалась. Рядом, чертыхаясь и матерясь, щелкал затвором Данил. Дело шло к закату. Света было катастрофически мало.