Всего доброго, – проговорил Сторхов, не отводя взгляда, и тут же добавил: – Приеду послезавтра после шести. Уже договорился с врачом.
Ольга только кивнула, и на ватных ногах направилась к заветной двери, подсознательно чувствуя там спасение. Понимала, что глупо себя ведет, но вот было в Олеге что-то, заставляющее ее чувствовать себя добычей. Возможно, потому что огромные мужчины пугали ее. Да и не встречались на ее пути такие, а если и происходило, она избегала контакта, чувствуя страх. Может, и глупо, но это ее восприятие и ничего поделать с ним она не могла.
Уже в палате Латрова долго сидела на кровати, а потом потянула пакет с полки и заглянула внутрь. Яблоки, груши, апельсины, виноград, гранатовый сок и десять клубков пряжи желтого цвета, а также крючок. Пораженно ахнула, осторожно поглаживая нежные нитки.
«Алина так хотела платье, такое же, как я связала соседской девочке Миле на заказ. Дочка даже плакала, когда отдала его. Успокоила ее лишь тогда, когда пообещала, что свяжу аналогичное, только ее любимого цвета – желтого», – лихорадочно вспоминала она, неосознанно прижимая пряжу к груди.
Нежная улыбка блуждала на лице молодой женщины, как только она уселась поудобнее и принялась набирать петли. Латрова совершенно не понимала мотивов мужчины, его доброты, но была благодарна, хотя это и пугало ее.
Но страхи потом, сейчас она с удовольствием вязала платье дочери, уже прикидывая в голове, что хочет, и как это будет выглядеть.
Глава 6
Ольга с волнением шла по коридору, крепко сжимая ручку пакета, где лежали ее вещи. Большая часть фруктов осталась так и нетронутой, поэтому везла их дочери, а остальное – она съела с Соринской Екатериной, любительницей сгущенного молока. Как оказалось, девушка попала сюда с внематочной беременностью, но сейчас все хорошо, несмотря на то, что юная девушка пережила операцию.
Латрову выписали еще в два часа дня, но гинеколог, вручив выписку с рекомендациями, уведомил, чтобы она отдыхала, а ровно в семь за ней приедут. Женщина только кивнула, совсем не зная, что сказать в ответ. Ей было неудобно перед врачом, ведь Елена Петровна знала, что она потеряла мужа, а тут ее забирает посторонний мужчина.
Как только часы пробили семь вечера, Ольга пошла на выход.