Вещей, кроме халата и ночной сорочки, в тяжелом состоянии она не взяла, но вчера вечером ей в палату принесли пакет, где лежало платье и сменное белье, а также рисунок дочери, где было изображено солнышко и облака.
Оказавшись на улице, Латрова вздрогнула, отмечая прохладную погоду. Посмотрев по сторонам, заметила высокого темноволосого мужчину, разговаривавшего по телефону. Даже со спины она знала, что это Олег."
"Вздохнув, направилась ближе, не желая задерживать его. Мужчина тратит на нее свое время, и от этого ей было некомфортно.
Оказавшись на расстоянии метра, она не произнесла ни слова, не желая перебивать и вмешиваться в разговор. Но уже через секунду Сторхов повернулся, чувствуя ее взгляд, продолжая разговаривать:
– Завтра перезвоню. Сейчас занят. Да. Добро.
Закончив разговор, Олег на секунду замолчал, с головы до пят рассматривая напуганную женщину, а потом громко произнес:
– Здравствуйте, Ольга. Как себя чувствуете?
– Здравствуйте. Спасибо. Нормально, – выдохнула Латрова, чувствуя себя неудобно под внимательным тяжелым взглядом внушительного мужчины.
– Отлично. Тогда прошу идти за мной, – выдал Сторхов и, сделав шаг к ней, потянул сумку, в которую мертвой хваткой вцепилась женщина.
– Оля, я хочу помочь. Не желаю вам зла, – недовольно заметил Олег. И как только Латрова ослабила хватку, огромной рукой схватил пакет и, показав в сторону ворот, добавил: – Пойдемте.
Ольга почти бежала за мужчиной, чувствуя себя пугливой крольчихой, но не могла иначе.
Удивительно, но, оказывается, добрые мужчины встречаются. Ведь по-другому его поступки не объяснишь. Не она же его заинтересовала.
Оказавшись у машины, Сторхов открыл дверцу со стороны переднего пассажира, несмотря на то, что женщина хотела сесть назад.
Спустя время, когда они остановились на светофоре, Олег произнес:
– Оль, куда вы с Алиной теперь пойдете?
– Я… вчера позвонила подруге, – прошептала Латрова, вспоминая, как собиралась с духом, чтобы попросить Зинаиду о приюте. – Будем у нее, пока не найду съемную квартиру по доступной цене.