А где же нам такого взять? Со временем, может, он и найдётся, но пока, чтобы это ваше с Куртом детище не развалить, хозяйствуй уж, дорогой, сам.
– Да я понимаю, Алексей Петрович, – вздохнул Афанасьев. – Для меня же самого это всё близко, из походной тележной мастерской да в такую вот огромную полковую службу на глазах ведь переросло. Какой опыт у ребят появился, а какие задумки ведь у нас с Оттовичем были, э-э-эх! – махнул он в сердцах рукой. – Вот тут в ящике у него бумаги оставались, он ведь как чувствовал что-то.
Алексей перебирал исписанные мелким почерком листы с рисунками и чертежами. Вот, как видно, ружейный замок в разрезе. Аккуратно вычерченные и подписанные его детали. Вот винтовальный ствол штуцера. Крепление к штыку.
"– А над этим он несколько последних месяцев голову ломал, – кивнул на стопочку листов Афанасьев. – Всё к вам хотел подойти, попытать, да тут ведь Измаил с ранением случился, а потом ещё и Дунайские поиски. Так вот и не успел. Я уж не очень в это дело сам посвящён. Помню, он говорил как-то, что вы ему мысли интересные заронили про новое ручное оружие. Гренадомёт, вот как он его называл.
Алексей с интересом разглядывал чертежи. Что-то напоминающее большой тромбон или же ручное мини-орудие.
– Получилось что-нибудь? – посмотрел он с интересом на Василия.
– Не-ет, – покачал тот огорчённо головой, – несколько стволов на полигонных испытаниях разорвало. Хорошо, что с осторожностью всё делали, со станка только лишь стреляли, никого осколками при взрывах не посекло.