Весь этот хлам повытаскивали с места, которое сейчас было переделано под гримерку, а побросали, где пришлось. Приходилось осторожно передвигаться, чтобы не переломать ноги с руками, добираясь до небольшой едва заметной лестницы, чтобы вынырнуть из-за тяжелого бархатного портьера и выйти к людям. Вот только не успел — дорогу ему преградила чья-то тень. Несмотря на ограниченный кругозор, Гордей сумел разглядеть очертания женского силуэта в белом бальном платье с короткими рукавами фонариками и длинные светлые волосы прежде, чем девица бросилась ему на грудь.
— Вот мы и встретились, любовь моя! — жарко зашептала Лера, хватаясь за его рубашку пальцами. Лавров попытался от нее отодвинуться, но не тут-то было. Строганова почувствовала. Как жертва пытается ускользнуть, прижалась крепче, обдавая ароматом ванили, кокоса и чего-то еще приторного. Ярко-алые губы потянулись к его губам.
— Лера отстань! — попытался отцепить девушку купидон, вырываясь. В конце концов, не бить же ее. Не в его правилах было причинять девушкам вред, даже настырным.
— Почему ты никак не поймешь, что я люблю тебя? — надула притворно губки Валерия, складывая руки на груди, выставляя ту напоказ, — Почему она?! — Даже ножкой топнула. Тихий стук каблука раздался в помещении, а Гордей опасливо оглянулся, качая головой."
"— Потому что я ее люблю. Не тебя, — ответил просто и понятно, не особо церемонясь. Некогда. Да не хотелось совсем устраивать разборки.
— Так любишь, что дела за спиной прокручиваешь с сынком Дьявола? — сжала кулачки Лера, заставив парня вздрогнуть, ошарашено покосившись на нее, отчего та довольно улыбнулась в темноте, довольная эффектом.
— Каким еще сынком Дьявола? — насторожился, делая вид, что не понимает о чем речь и тут же услышал усмешку.
— Ты что же, не знаешь, кто таков Демьян Харьков? Младшего сына Люцифера и не знать, позор, Лавров. А еще считаешься лучшим работником. Героев Небесной канцелярии надо знать в лицо, особенно адовых мажоров, которых большой рогатый папочка пристраивает на теплые места. Ибо его дурную голову никуда больше не берут! — поджала губки Валерия, топнув ножкой вновь, — Он уже набедакурил в Аду, вот и сослали за провинности за душами землян присматривать.