С окладом как у Никифора и Пахома.
Я задумчиво потёр подбородок.
— Ну а если вы, Егор Андреевич, посчитаете, что много, то готовы и за меньшее, — произнёс Семён без тени разочарования в голосе. — В городе нас ничего не держит, семьями не обзавелись. А просто сидеть на пенсию и пропивать её в кабаках желания нет.
— Плюс ко всему, — добавил Захар, — рукастые они оба, руки из правильного места растут. С деревом управляются, как баба с тестом.
Фома, стоявший рядом, усмехнулся в бороду:
— Это правда, Егор Андреевич.
Я обвёл взглядом всю компанию. Люди, имеющие воинский опыт, да ещё и с навыками работы по дереву, могли бы стать ценным пополнением для Уваровки. К тому же, учитывая недавние события и всё растущее богатство деревни, лишняя защита не помешает.
Я кивнул и сказал:
— Пусть тогда пока в ангаре себе топчан сколотят, потому что размещать их негде. А сами пускай ставят домик небольшой, да на два входа или на один, как казарму, уж пусть как хотят, решают сами.
Лица новоприбывших просветлели. Они снова поклонились, на этот раз с явным облегчением и благодарностью.
— Спасибо, барин, не пожалеете, — произнёс Семён, а Григорий добавил:
— Послужим верой и правдой.
Захар удовлетворённо кивнул и сказал:
— В курс дела введу, где и у кого брать какой материал и инструмент.
Он кивнул мужикам в сторону ангара:
— В углу лежит инструмент, рядом доски.
Семён и Григорий, поклонившись ещё раз, направились к указанному месту.
Когда они отошли на достаточное расстояние, Захар подвёл меня к телеге, на которой в одной стороне были сложены мешки с мукой да пару листов железа, а в другой, аккуратно перемотанные в тряпицы, лежали, выглядывая уголками, мушкеты.
Захар, видя, как мои глаза заблестели, с гордостью начал показывать и рассказывать:
— Вот, Егор Андреевич, как и обещал.
Тут же подошёл улыбаясь, довольный Фома.
— По итогу привезли шесть армейских мушкетов, — с нескрываемой гордостью доложил Захар, бережно разворачивая тряпицу и демонстрируя тяжёлое, но изящное по-своему оружие.
— Что, вот так просто купили? — удивился я, зная о строгих ограничениях на продажу военного оружия.