— Рад приветствовать заморского гостя на нашей земле!
Ричард, хоть и не понял всех слов, смысл уловил и вежливо кивнул в ответ.
Когда всё разгрузили, стали загружать доски. Пока грузились, мы с Игорем Савельевичем отошли в сторонку для разговора.
Купец, как всегда, со мной рассчитался — протянув кожаный мешочек с деньгами. Я пересчитал — всё верно, без обмана.
— Доволен товаром? — спросил я, видя его довольную физиономию.
— Как всегда, Егор Андреевич, как всегда, — кивнул он. — Ваши доски в городе нарасхват идут.
Но было видно, что что-то его тревожит. Он хмурил брови и поглядывал на небо, затянутое тонкой пеленой облаков.
— Что-то не так? — спросил я, заметив его озабоченность.
— Да вот думаю, — вздохнул он, — скоро ведь распутица начнется. Дожди пойдут, дороги развезет — уже не поездишь. А на зиму, как я понял, у вас всё остановится?
— Да, зимой доски пилить не сможем, — ответил я, хотя мысли на эту тему тоже были.
— Жаль, — покачал головой купец. — Спрос-то есть, и немалый. Если б вы и зимой работали, я бы втрое больше товара брал.
— Подумаем над этим, — пообещал я. — Может, что и придумаем.
Мы наблюдали как идет загрузка, когда произошло нечто неожиданное. Из-за леса показались какие-то всадники.
Захар тут же окликнул меня, указывая на дорогу, ведущую к деревне:
— Егор Андреевич! Глядите-ка, кто-то скачет!
В его голосе слышалось беспокойство, что мигом заставило меня напрячься.
Я присмотрелся, прикрыв глаза ладонью от яркого полуденного солнца. Всадники галопом шли в сторону Уваровки, поднимая за собой клубы пыли.
— Сколько их? — спросил я, щурясь.
— Четверо, кажись, — ответил Захар.
Буквально через пару минут уже было отчетливо видно, что их действительно четверо.
Деревенские мужики, занятые погрузкой досок, обратили внимание на приближающихся всадников и замедлили работу, переглядываясь с тревогой. В Уваровке не часто бывали гости, особенно столь внушительного вида.