Навалившись на него сверху, волки заломили Свежевателю руки за спину, затем стянули запястья прочной веревкой. Он громко вопил и брыкался, но его за шиворот выволокли из комнаты и потащили к лестнице, ведущей вниз. В коридор то и дело выглядывали другие ученики, встревоженные происходящим.
– Всем спать! – рявкнул Оскар. – Нечего пялиться!
И все поспешно скрылись в своих комнатах.
Бернард хмуро взглянул на Тимофея, застывшего у своей кровати.
– Как вы? – глухо спросил громила.
– Лучше, чем пару минут назад, – буркнул Вернер, рассматривая ожог на ребрах.
– Зря вы притащили Германа в свою академию, – хмуро произнес Тимофей. – Ой, зря…
– Согласен, – нехотя кивнул Оскар. – Но Корф и Саяна думают, что он может быть им полезен…
– Почему вы не прикончили мерзавца, пока была такая возможность? – спросил Бернард. – Избавили бы всех от лишних проблем!
– Почему все хотят, чтобы я стал убийцей? – спросил в ответ Тимофей.
– Потому что только тогда твое перерождение завершится, – пояснил Оскар.
– И пути назад уже не будет, – тихо добавил Вернер. – Именно этого они все и ждут…
– Если я убью Германа, я стану другим? – удивился Тимофей.
– Это меняет людей, – ответил Оскар.
– О да! – хохотнул Бернард. Затем как-то странно взглянул на Тимофея и вышел из комнаты.
Оскар последовал за ним.
– Спите! – велел он ребятам. – Завтра будет новый день и новые тренировки. – И аккуратно прикрыл за собой дверь.
Тимофей подозрительно взглянул на Вернера.
– А ты? – спросил он. – Тебе тоже приходилось убивать?
– Нет, – покачал бритой головой парень. – Но я видел, как это делали другие. И поверь, после этого ты уже не будешь прежним. Что-то меняется в душе, в тебе. Ты перестаешь быть человеком и становишься диким зверем. Хищником. Меняешься… Как меняются люди, пережившие смерть близкого человека.
– Это мне знакомо, – печально вздохнул Тимофей."
"– Ладно. – Вернер поправил сбитую постель. – С Германом разобрались. Давай спать.
– Думаешь, я теперь смогу уснуть? – вздохнул Зверев. – После того как меня едва не выпотрошили… Ты давай спи… А я выйду. Подышу воздухом.
– Как знаешь, – не стал возражать Вернер, лег и тут же отвернулся носом к стене.
Тимофей натянул брюки, накинул рубашку и отправился на улицу прямо босиком, ведь ночи были очень теплые. Ему казалось, что он не уснет до самого утра. Все тело было напряжено после мощного выброса адреналина.