Нас ведь спасает пока то, что этот участок дороги прямой, нас не получается обстреливать иначе чем сзади, и прицеп пока не норовит утащить нас в канаву. Если дальше дорога начнет вилять… а она начнет, потому что там горы, нас просто разнесут из пулеметов.
Кажется, преследователи это поняли сами и держали безопасную дистанцию. Я еще раз обстрелял их, опорожнив уже третий магазин, и они отстали еще больше, но без всякой суеты и паники.
— Джо, на первом же повороте бросаем машину и уходим в лес! — закричал я в водительское окно.
— Я понял, держись тогда! — крикнул он, оглянувшись на меня.
Упав на дно кузова, я начал набивать опустевшие пластиковые магазины, которых у меня было всего четыре штуки. Надо бы побольше вообще-то. Успел набить два и запихать их в подсумки, когда Джо заорал:
— Держись!
Я просто откатился к переднему борту кузова и сжался, ожидая удара. Машина, гулко громыхнув подвеской, подпрыгнула на канаве, следом подпрыгнул прицеп, и я вдруг понял, что трактор сейчас просто влетит в кузов и навалится на меня, раздавив в лепешку.
Вкус крови во рту — я прокусил губу, угодив самому себе прикладом винтовки в подбородок, пока катился. Джо? Джо жив, потому что я видел, как он пытается выбраться из машины через лобовое стекло, сейчас стоящее вертикально, как дверь.
С десяток выстрелов, сделанных мной, их остановил. Зато заработали сразу два пулемета, засыпав пространство вокруг меня пулями. Я завалился за ствол дерева, услышав, как сразу несколько пуль клюнули в него, и заодно возблагодарив неизвестно кого за то, что у противника пулеметы под легкий автоматный патрон.
Джо наконец выбрался из машины, большим неаккуратным полотном выбив изломанный триплекс, выстрелил несколько раз в сторону противника из своего «Мини-14», а потом залег, прижатый пулеметным огнем.
— Уходим!
Мы вперегонки поползли в лес, стараясь укрыться за деревьями до того, как противник обнаружит отсутствие противодействия.