Степка и Феденька ещё спят, Марина ушла в институт, мама поехала на прием к своему лечащему врачу, а Саша пошел на работу. В квартире царит тишина, никто не дергает просто так и не мешает.
Поэтому я наливаю себе свежесваренный кофе, достаю привезенную из больницы шоколадку и сажусь за стол. Внутри впервые за долгое время полная умиротворенность и покой.
Открываю упаковку, осторожно, стараясь слишком не шелестеть, убираю фольгу и кладу на язык небольшой кусочек ароматного и вкусного шоколада.
Делаю глоток кофе.
Вкуснотища!
В памяти яркими красками всплывает наша с Сашей горячая и одновременно сладкая ночь. Тело до сих пор отчётливо помнит его прикосновения, а перед глазами мелькают свежие острые воспоминания. Вновь ощущаю на себе полный любви и нежности Сашин взгляд и меня прошибает током.
Ой!
От смущения прячу лицо в ладонях. Кровь приливает к щекам, мне вновь становится жарко. Улыбаюсь.
Как же давно я не чувствовала себя такой счастливой! Такой живой!
Невероятно!
Немного придя в себя, медленно, смакуя каждый кусочек и каждый глоток, доедаю свой шпионский завтрак.
Жаль, что я не могу сделать себе бутерброд и позавтракать так. Но если я не стану кушать с мальчишками кашу, они тоже ее не будут.
И тогда чем мне детей накормить?
Нет, раз уж каша, то каша!
Но сначала я все же немного порадую себя вкусняшками, тем более малыши спят и ничего не узнают.
Насладившись ароматным вкусным напитком, убираю со стола улики и принимаюсь варить овсяную кашу, сыновья её очень любят и поэтому выбор пал именно на нее.
Мальчишки уже совсем скоро проснутся и будут требовать завтрак. Они не успокоятся, пока не поедят, а ожидание для них будет невыносимо тяжелым. Поэтому придется сейчас сварить кашку, дать ей остыть и ждать пока проснуться два моих маленьких троглодита.
Ох, чувствую, за воспитание мальчиков скоро возьмется отец. Сейчас я отчетливо понимаю, что слишком сильно они у меня избалованы.
Уж кто-то, а Хмельницкий воспитает как надо! В этом плане я всецело доверяю ему.
При мыслях о Саше вновь улыбаюсь и ничего не могу с этой улыбкой поделать, ведь теперь я точно знаю, что у меня есть поддержка. Во всем.
Я не одна.
Открываю холодильник, достаю молоко. Лезу в кухонный шкафчик за крупой, но вместо банки достаю из него конверт.
Написано мое имя…
Мне становится любопытно и я открываю белый прямоугольник, вытаскиваю сложенный пополам лист, разворачиваю.