Голова была тяжелой и дурной, и я вспомнил, что мама, когда я был еще пацаном, часто повторяла: на закате спать нельзя, это вредно. Похоже, она была права. С трудом стряхнув с себя одурь, я поплелся в стерильную кухню, чтобы сделать себе кофе. Проходя мимо телевизора, лениво ткнул пальцем кнопку в надежде, что громкие звуки помогут побыстрее проснуться.
– …убийство депутата Госдумы Юлии Готовчиц, – заверещал из динамика голос диктора информационной программы. – Руководство столичной милиции в очередной раз дает обещания раскрыть преступление в кратчайшие сроки.
Держа в одной руке пакет с кофейными зернами, в другой – кофемолку, я выглянул в комнату. На экране сверкал генеральскими погонами какой-то милицейский чин.
– Сразу же после обнаружения преступления нами была создана бригада, в которую вошли сотрудники и нашего управления, и территориальных органов внутренних дел, – сообщил генерал.
– Отрабатываете ли вы версию о том, что Готовчиц убили из-за ее деятельности как депутата? – задал вопрос корреспондент.
– Разумеется. Мы работаем во всех направлениях.
– После убийства прошла неделя, за это время, наверное, ваши сотрудники успели многое сделать.
– Сказать точно может только Господь Бог, – зло ответил милицейский чин, – а я всего лишь генерал. Когда поймаем преступника, тогда скажем точно.
На экране снова появился диктор, и я вернулся на кухню. А что, если пригласить в программу кого-нибудь из милиции и поспрашивать об убийстве депутата? Материал горячий, если сегодня найти такого человека и созвониться с ним, оговорить заранее день эфира, а накануне или денька за два дать анонс, то можно оттянуть на себя большой рекламный блок.