Всего дороже

Он мог вспомнить собственный ужас, ощущение, что может потерять все, что когда-либо было ему дорого. Он помнил, как бросился в ледяной поток, помнил собственное облегчение, когда ему удалось схватить Полли и они прильнули друг к другу, задыхающиеся и изможденные.

Дарт невольно сжал губы. Он вспомнил ее презрительные слова, что ей противно находиться с ним рядом, когда все могут это видеть. Она реагировала совсем по-другому, чем когда он спас ее из коррингтонской бакалейной лавки. Тогда, под покровом темноты и без свидетелей, она добровольно и охотно покорилась ему.

Он вспомнил собственное острое чувство горечи, желание ранить ее, причинить боль. А потом она отпустила веревку, и ее понес поток, а он подумал, что она утонула.

Когда он пытался ее поймать, поднять над поверхностью воды и вытащить на берег, время, казалось, растянулось в целую вечность. Мисс Полли Керкем обязана ему жизнью, вот только он сомневался, что она будет ему благодарна. С его стороны разумнее всего было бы не обращать на нее внимания, вести себя так, словно ничего не произошло.

Как если бы сердитые слова не были сказаны. Дарт сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Может, оно и разумнее, но он не станет так поступать, он должен с ней поговорить. Желание увидеть ее снова было непреодолимым. Весь напряженный, он поскакал к фургону Марриотов. Полли сидела на козлах, вернее, ненадежно примостилась на краешке деревянного сиденья, на котором сидели Том и Джосая.

Полли покраснела в ту же минуту, когда увидела, что майор вылез из фургона Лидии Лайман.

— С вами все в порядке? — спросил Дарт притворно безразличным тоном.

Полли избегала встречаться с ним взглядом, а когда он задал вопрос, стала нервно теребить собственные пальцы.

— Да, майор, спасибо.

Том и Джосая стали смущенно покашливать и принялись с непонятно откуда взявшимся интересом разглядывать окружающий пейзаж."

"— Я… — Полли нервно сглотнула. — Майор Ричардс, полагаю, я обязана вам жизнью. Я… я вам очень признательна.

Лицо Дарта оставалось бесстрастным, на него падала тень широкополой шляпы.

Не таких чопорных слов благодарности он хотел. Он задумчиво посмотрел вперед. Солнце светило ярко, и они двигались с хорошей скоростью, так что к сумеркам они уже окажутся в Ричардсон-Пойнте. Скоро Полли Керкем станет для него лишь воспоминанием. При этой мысли Дарт испытал острую боль и мысленно выругал самого себя. Однажды он уже поставил себя в дурацкое положение из-за женщины и дал себе слово не повторять таких ошибок.