— Так как будем делать? Что лучше?
— У меня раньше имелась… э-э, специальная мебель, но то раньше. В основном, все варианты сводятся к лежа, стоя или на коленях. И еще зависит от того, будешь ли ты… — покраснел он гуще, — меня связывать.
— А надо?
— Я могу просто не двигаться, если хочешь.
Отвечаю ему широкой улыбкой. Фишка в том, что мне нравится его привязывать. Вопрос только… как и к чему. И тут я вспоминаю про глазки в раме кровати и разом понимаю, что буду делать.
У меня есть плетка из замши, и в волшебном сундучке лежит еще парочка других, но раз Роберт их оставил, они, наверное, не слишком ему нравились. Плюс, я ж не могу взять первую попавшуюся — надо такую, которая при ударе не выведет из равновесия. И здесь есть одна, но ее хвосты сделаны из резины, и даже когда стегаешь ими воздух, это как-то слишком хлестко и пугающе, так что ее я кладу обратно.
А потом я нахожу… даже не знаю… из конского волоса, наверное. Она очень красивая — такой блестящий блондинистый хвост, который кажется одновременно шелковым и шершавым, когда перебираю его пальцами. Не менее блестящая рукоятка сделана из отполированного дерева, и она ложится прямо мне в руку и уже согревается от ее тепла, как будто говорит: «Мое место тут».
Сама плетка такая легкая, но когда пробую ей ударить — мать вашу, хлещет будь здоров.
Пару минут я тренируюсь, пока не чувствую уверенность, что набил руку. Ощущения странные — совсем не похоже на замшу, но мозг словно сам научился действовать без моего участия. Я даже не думаю, на самом деле, просто даю запястью работать, и все.
Еще я отвешиваю несколько шлепков по собственному бедру.
В итоге я беру эту и замшевую плетки, плюс парочку наручников и карабинов, потому что с узлами у меня, даже несмотря на «Книгу узлов бойскаута», полный швах. И пора уже признать — наверное, так и останется полным швахом.