Только в этом случае очень большая «мертвая воронка» над орудием образуется из-за меньшего градуса подъема ствола. Но соорудить такое подручными средствами быстрее и проще.
Но все равно все это нормальную зенитку не заменит. Максимум… показать что можно и так. Для нормальной зенитки нужен и ствол длиннее и скорострельность выше. Соответственно накатники гидравлические а не пружинные… И лафет совсем другой. Ну, ради прикола нарисуем еще тележку – прицеп четырехколесную с тумбовым лафетом. Вроде, похожие на такой на кораблях флот пользует?
Интересно… вот гатлинги местные можно приспособить для зенитной стрельбы? Или для этого надо изобретать новый подпружиненный магазин.
Вот так всегда тут… куда ни кинь, то клин… То этого нет, то того… А может и есть, только я о том не знаю. Впрочем, возможно именно это незнание и помогает мне убедительно изображать дикого горца со странными идеями.
25
Рисунки мои, спрятав под температурным листом, няня Йозе, или как она просила себя называть – Иза, вынесла из палаты вместе с фанеркой, якобы на проверку к доктору.
Судя по довольному выражению некрасивого лица хожалочки, она не осталась без награды со стороны капитан – лейтенанта. Мне же ей заплатить было нечем.
Бритву и остальное мыльно – рыльное, а также хорошую бумагу и карандаши нянечка принесла мне от Плотто. И брила меня сама, весьма умело. А вот про судьбу моих вещей, которые были на мне на момент ранения, она не знала.
Доктор также хранил молчание, буркнув только.
– Вот когда поправитесь, фельдфебель, вам все обратно выдадут. А сейчас не положено.
Странные, однако, порядки в этом офицерском госпитале. Ну, деньги забрать на хранение – это я еще понимаю, это чтоб господа офицеры со скуки не пьянствовали в лечебном учреждении и режим лечебного питания не нарушали.
"К тому же взгляд доктора, которым он стал на меня смотреть, мне откровенно не понравился. Холодный какой-то и отстраненный. На перевязках моих он как повинность отбывать стал. Все, что от него требовалось делал, но как-то… Не передать словами. Это только чуется.