– Я взял первый, потому что на пятом угловая была. Нормально же?
– Нормально.
Микроволновка пищит, оповещая об окончании режима. Но мы уже не можем оторваться друг от друга. Движения Кира становятся интимнее. Не пошлыми, но чувственнее. Гладит от поясницы до затылка, несдержанно выражая ту же потребность, что уже горит внутри меня. Покрывает поцелуями мое лицо. Находит губы. Жду, что ворвется, как раньше. Настойчиво, безумно и жарко. Грудь в предвкушении горячей дрожью разбивает.
Находит взглядом мои глаза.
– Я подумал… – начинает и как-то резко тормозит. Сглатывая, с хрипом прочищает горло. Глаза выражают повышенную серьезность и очевидное волнение. – Давай до переезда распишемся, – выговаривает и, задерживая дыхание, закусывает губы. – М?
– В каком смысле распишемся? – туплю от неожиданности.
Бойка шумно выдыхает.
И вдруг срывается.
– Сейчас, – бросает быстро.
Пройдясь по кухне, гасит верхний свет и включает гирлянды, которыми я украшала квартиру сразу по приезду. Несмотря на то, что все праздники провели в больнице, хотелось сказки, хоть и с опозданием. Остаюсь в этом волшебном желтом свечении одна, так как Кир выходит. Не шевелюсь, только потому что он просил. Сердце отчего-то разгоняется и разбивает грудную клетку ритмичным гулом.
Нервно сцепляю руки за спиной, когда Бойка возвращается. Ничего не говорит, и я не успеваю что-то сообразить.
– В общем, вот… – выдыхает с хрипом, протягивая мне футляр. Я на кольцо мельком смотрю. Потому что глаза Бойки внимание перетягивают. В окружающем нас «звездном» свечении как-то необычно они сверкают. – Родная?
Расцепляя руки, прижимаю ладонь к груди. Сдавливает так, что сказать ничего не могу. Шагаю к нему и, наклоняясь, обнимаю.
– Это «да»? – взволнованно допытывается Бойка. – Да, киса? – пытается глаза мои найти, но я прячу лицо у него на плече. – Родная?
Киваю часто и много, пока не появляется возможность выдохнуть:
– Всегда «ДА»! На все вопросы «ДА»!
– Й-й-й-е-ес! – горланит Кир с оттяжкой.
В этом выкрике и в том, как крепко прижимает, чувствую его эмоции. Затапливают они меня. С головой накрывают.