Молодой человек лет двадцати пяти сидел на лавке около фонтана, мы же, в свою очередь, наблюдали за ним из припаркованного возле сквера автомобиля.
— Сдаётся мне и на этот раз продавец не придёт, — с досадой в голосе протянул Артём Андреевич, что находился рядом со мной на переднем пассажирском сиденье.
— Он ещё даже не опоздал, — заметил я.
— Олег Сергеевич, а если продавец всё-таки явится, как будем действовать?
— По обстоятельствам. Прежде чем решать, надо посмотреть, кто придёт, — пояснил я и, резко пододвинувшись ближе к рулю, прищурился.
— Как по мне, так это просто какой-то местный алкаш на бутылку мелочь клянчит, — не согласился начальник охраны, но когда мужик потрёпанного вида приблизился к покупателю и тот его не прогнал, засомневался. — Хотя всё может быть.
— Это тот, кого ждём, но не сам продавец, а подставное лицо. Кто алмазами завладел, подстраховался и вместо себя послал курьера.
— Позвоню парням, после встречи пусть проследят за мужиком, — Артём Андреевич достал телефон.
Пока начальник охраны подчинённым давал указания, я в упор разглядывал бомжеватого вида мужика и не мог сообразить, что именно меня в нём смущает. Со стороны действительно обычный ничем не примечательный алкаш, пожилой, прихрамывает на правую ногу, одет неряшливо и не по погоде, на улице плюс двадцать пять, а он в осеннем плаще и вязаной шапке.
— Кажется, я его знаю, мне надо ближе на него посмотреть, — бросил я и вышел из автомобиля.
— Плохая идея, спугнёте, — вслед за мной Артём Андреевич тоже выскочил из салона.
— Или здесь и сейчас во всём разберусь.
Чем больше сокращалось расстояние между мной и алкашом, чем дольше наблюдал за его движениями, тем усиливалась уверенность, что когда-то пусть один раз и очень давно, но мы с этим человеком пересекались.
— Батя, мелочь нужна? — подойдя вплотную к стоящему спиной ко мне мужику, громко сказал я и, поборов брезгливость, хлопнул его по плечу.
Когда же тот обернулся, в голове язвительно зашептал собственный внутренний голос: «Я тебе говорил, кого он напоминает, а ты отмахивался и не верил».
— Виктор Аркадьевич! — изумлённо произнёс подоспевший начальник охраны, оглашая тем самым, имя того, кто только что восстал из могилы.
— Да-а, Витя, видно, что жизнь тебя мотанула, но для трупа, хочу сказать, шикарно выглядишь, — окинув с ног до головы единственного родственника, чью смерть оплакивал, со злостью выплюнул я, когда, наконец, смог говорить.