Нужно заняться делом… но что именно он должен сделать?
— Лидер… э-э… — неуверенно произнес кореллианин. Проклятье. Как же зовут его связиста? Хорошо, какой у него позывной? Ах да, ну конечно.
— Восьмому. Лидер — Восьмому, есть изменения?
— Никак нет, сэр, он сохраняет молчание. Насколько я могу сказать, он вообще не передает никаких сигналов. И я не наблюдаю следов двигателей, только его и наши.
— Спасибо, Восьмой.
Странно, у связиста голос изменился, стал глубже и потерял деревенское произношение. Реальность отличалась от воспоминаний.
От простой жестокости посторонней мысли поплыло в голове.
Перехватчик внезапно сбросил скорость, его затрясло — то ли попал в зону повышенной турбулентности, то ли поймал флаттер. «Жмурик» начал терять высоту. Мин разглядел оранжевые прожилки кипящей лавы на фоне черных скал.
Имперский пилот направлял ковыляющую машину между двумя вулканами — прямо в ловушку.
В засаду. Сейчас они все умрут.
— Коготь-лидер — эскадрилье, отваливаем! УХОДИМ отсюда!
Он заложил левый вираж, уходя от вулкана по чересчур крутой дуге — подальше от смерти.
Но остальные за ним не пошли. Они увеличили скорость, ни на миллиметр не уклонившись от предназначенного им судьбой курса.
— Командир — группе! Уходите! Следуйте за мной! Женский голос: — Мы не можем, сэр.
— Двенадцатый, это ты?
— Так точно, сэр.
— Следуй за мной, это приказ! Пусть умирают, если им так хочется, но ты уйдешь отсюда вместе со мной… Может быть, хоть ты уцелеешь.
— Нет, сэр. Какая разница, погибну я там вместе со всеми или на пути оттуда?"
"Мин продолжал разворот, пока машина не описала полный круг, и теперь Дойнос вновь летел следом за собственными пилотами. Но сколько бы мощности он ни скармливал двигателям, не приближался ни на сантиметр к эскадрилье, беспечно мчащейся навстречу гибели.
— Есть разница! УХОДИ.
В грудь с размаха ударил невидимый кулак, и это было не ускорение. Сердце зачастило, готовое разорваться на части.
— Прошу тебя…
Голос ведомой стал язвительным и злым.
— Давай без слюней, лейтенант! Если бы кто-нибудь сказал тебе: «Прошу тебя, живи», ты бы первый плюнул ему в лицо и послал куда подальше.
— Безумие какое-то… Я схожу с ума.
От входа в ущелье пилотов отделяло несколько секунд полета. Грудь сдавило так сильно, что Мину показалось: сердце больше не бьется.
— Нет, не сходишь. Тебе просто плевать на себя. Ты сам не хочешь жить дальше, так что не обвиняй нас.